Книга За час до взрыва, страница 37 – Александр Тамоников

Она работала молча следующие двадцать минут. Акулов отошел, заняв позицию наблюдения за подходом со стороны дамбы. Ночь опускалась быстро, принося с залива колючий, пронизывающий туман.

Смирнова уже практически механически продолжала сканирование. Она расширила сектор, ушла глубже. И тут, на краю экрана, за плотной стеной ложных целей, заметила аномалию.

Не яркую точку. Размытое, нечеткое пятно. Оно не резонировало на 85 герц. Его спектр был другим – низкочастотный гул, набор нечетких гармоник. И оно было не на дне, а чуть выше, как будто прикреплено к самой бетонной стенке шлюза, в двух метрах от дна.

Она зафиксировала координаты, максимально увеличила усиление. Сигнал был слабым, забиваемым общим фоном и эхом от цилиндров. Но он был.

— Тритон, иди сюда.

Акулов подошел.

— Есть что-то. Не похоже на цилиндр. Координаты: сорок пять метров от нас, угол двадцать градусов, глубина восемь метров, высота над грунтом – два. Очень слабый сигнал. Может, моя ошибка, а может…

— Настоящая мина, – закончил Акулов. – Спрятана за стенкой приманок.

— Пока только одна. Нужно искать другие. Но с такими помехами… – Она с бессильной злостью посмотрела на экран, усыпанный «призраками».

В этот момент со стороны дороги донесся приглушенный рокот мотоциклетного двигателя. Через несколько секунд из тумана вынырнули фары с синими светофильтрами. БМВ R75 с коляской подкатил к их укрытию и заглох.

С седла спрыгнул Уваров. Его шинель была покрыта инеем от тумана. За ним, тяжело ступая, вылез из коляски Громов.

Смирнова встала, чтобы доложить, но Уваров, одним взглядом оценив обстановку, поднял руку, показывая – «не сейчас». Он подошел к БА‐64, снял флягу, отпил, передал Громову. Потом повернулся к ним.

— Кратко. Что имеем?

Смирнова взяла блокнот с записями и координатами.

— Помехи сняты полностью. Эфир чистый. Проведено первичное сканирование акватории перед шлюзом № 1. Результат: обнаружено плотное поле из примерно трехсот идентичных объектов. Спектральный анализ показывает их неестественную акустическую чистоту – резонанс на частоте 85 герц. Вывод: это не мины, а стальные цилиндры-резонаторы, акустические приманки. Они создают на экране картину сверхплотного минного заграждения, чтобы замаскировать реальные заряды.

Она сделала паузу, посмотрела на Уварова. Его лицо в свете коптилки, висящей на брезенте броневика, оставалось непроницаемым.

— Продолжайте.

— За полем приманок, у самой стенки шлюза, обнаружен один слабый контакт с иной акустической сигнатурой. Предварительно – возможна настоящая мина. Других подобных целей в очищенном секторе пока не обнаружено. Сигналы слишком слабы, они тонут в общем фоне и отражениях от цилиндров.

Уваров медленно кивнул. Он подошел к аппаратуре, посмотрел на экран, усеянный точками.

— То есть немцы выстроили нам целый лес, в котором мы должны заблудиться.

— Да, товарищ майор. «Лес призраков». Мы видим тени, а где настоящее дерево – непонятно.

— Адмирал Крылов нейтрализован, – сказал Уваров, и в его голосе не было ни удовлетворения, ни усталости. Констатация факта. – Его приказ отменен. Станции ПАС во всем секторе отключены. Теперь наш главный враг – вот этот лес. И время. Сколько нужно, чтобы отфильтровать эти приманки и найти все реальные мины?