Книга Пятнадцать лет молчания, страница 25 – Сергей Иванович Зверев

«Что ты выбираешь, Игнат? Слепое следование протоколу? Или поиск правды, которая, возможно, окажется страшнее любой лжи? Он дает тебе выбор. И ты должен его сделать. Скоро».

За пределами «Вепрь-Арктика» выла метель. Начиналась первая ночь охоты.

Рассвет в Арктике не был стремительным всплеском света. Это было медленное, почти нерешительное просачивание серовато-розового сияния сквозь плотную завесу ночи. Метель, бушевавшая всю ночь, отступила, исчерпав свою ярость, и оставила после себя мир, преображенный до неузнаваемости. Беспорядочные нагромождения торосов, еще вчера напоминавшие развороченное боевое поле, теперь были сглажены, укутаны идеально ровным, нетронутым снежным саваном. Воздух, недавно разрываемый шквальными порывами, застыл в абсолютной неподвижности. Тишина была настолько полной, что в ушах звенело от ее давления. Температурный столбик на внешнем датчике безжалостно показывал минус пятьдесят два градуса по Цельсию. Солнце, бледное и холодное, висело низко над линией горизонта, отбрасывая длинные, искаженные синие тени, которые цеплялись за ледяные глыбы, словно призраки.

Калинов не сомкнул глаз за всю долгую полярную ночь. Приглушенный синий свет тактического планшета выхватывал из темноты его осунувшееся, покрытое щетиной лицо. Он провел эти часы в непрерывном анализе, прокручивая в голове все данные, все намеки, все обрывки информации. Координаты, извлеченные Смирновым из ноутбука Захарова, были тщательно наложены на карту дрейфующих льдов. Объект, обозначенный в файле криптонимом «Цель-7», продолжал свое неумолимое, медленное движение на северо-восток. Согласно расчетам и поправкам на дрейф, он находился примерно в трехстах километрах от их текущей позиции. Этот маршрут идеально совпадал с одним из трех предполагаемых путей отхода Захарова через самые непроходимые и безлюдные участки центральной части Карского моря.

Его внутренний монолог был тяжелым и бескомпромиссным. «Он ведет тебя, Игнат. Аккуратно, как на поводке. Бросает крошки, а ты за ними идешь, как дрессированный пес. Карта. Фамилия Орлов. Координаты. И теперь эта „Цель-7“. Но куда ведет этот поводок? К правде? Или на убой? Система против тебя. Захаров против тебя. Остается только команда. И ты сам. И этот чертов протокол, который, кажется, написан для кого-то другого».

— Группа, выдвигаемся! — Его голос, прорвавшийся сквозь общий канал связи, звучал хрипло и устало, выдавая бессонную ночь. — Курс на координаты «Цель-7». Мороз, доложи состояние машин.

Прапорщик Дятлов, уже успевший провести утренний плановый осмотр техники в условиях экстремального холода, отозвался мгновенно, и его слова сопровождались ритмичным постукиванием по металлу где-то в глубине корпуса.

— В норме, майор. Солярка в баках разогрета системами предпускового подогрева до приемлемой вязкости. Системы жизнеобеспечения и обогрева салонов работают в штатном режиме. Но есть одна проблема. Серьезная. В гидравлической системе поворота правой гусеницы на второй машине обнаружена течь. Уплотнительный сальник не выдерживает давления на морозе, подтекает жидкость. На устранение в полевых условиях требуется не менее двух часов.

— Времени на ремонт нет, — отрезал Калинов. Его мозг уже просчитывал новые временные рамки. — Будешь чинить на ходу, во время движения. Стартуем через десять минут. Приготовиться.