Книга Рецепты любви и убийства, страница 56 – Салли Эндрю

По дороге домой мне попались еще пять белых внедорожников. Раньше я их не замечала, а теперь видела их на каждом шагу.

Мне очень хотелось заняться гренками, но прежде я замесила тесто для феткука. Тесто я люблю готовить по старинке, на дрожжах. Пока тесто поднималось под солнышком на крылечке, я сидела рядом и ела гренки по-валлийски. Перед тем как полить тосты густым сырным соусом, я положила на них мелко порубленное яйцо. Ароматы пива, горчицы, сливок и зрелого чеддера дали единый сливочно-пикантный вкус.

Я посмотрела на свой сад, на вельд, чистый и зеленый после дождей. Кажется, уже пробиваются новые побеги. Было тепло, но не безумно жарко. Мои куры клевали землю в тени лимонного дерева.

Пока тесто для феткука созревало на солнце, я приготовила особый фарш. Я обжарила мясо на сливочном масле, и оно приобрело приятный темно-коричневый оттенок, добавила лук, молотую куркуму, кориандр и гвоздику, потом томаты и чатни из зеленых помидоров. Все это поставила тушиться.

Взяла с крылечка тесто, аккуратно размешала и скатала из него шарики. Немного их придавила, каждый смазала маслом и оставила подниматься.

Когда масло сильно разогрелось, я обжарила феткуки во фритюре, по три за раз, до золотисто-коричневой корочки и выложила их на пустые коробки из-под яиц.

Как не полакомиться, пока блюдо еще горячее? Кусочек я разрезала пополам, положила внутрь теплое карри и съела прямо за кухонным столом, среди муки и разделочных досок. Получилось вкусно. Нет, вкусно – это не то слово. Просто супер!

Приготовление феткука и карри из фарша – искусство, которым прекрасно владеют южноафриканские танни, оно передается из поколения в поколение. Я наслаждалась едой, благодарная всем танни, особенно моей маме, ведь этому искусству меня обучила она. Я ела на кухне этот феткук с истинным удовольствием – наверное, так чувствует себя человек, когда идет в церковь своего вероисповедания.

Я сказала, что ни во что не верю, что моя вера улетучилась, но, может быть, это не так? Я верю в феткук с карри, во всех тетушек, что готовили это до меня. Если узнаю, что грядет конец света, приготовлю именно это блюдо.

Два пластиковых контейнера, по четыре феткука с карри в каждом, а также мы с Джесси отправились в моем небесно-голубом бакки на место преступления – ферму Дирка. Мы решили навестить Грейс. Припарковавшись в тени деревьев, мы прихватили с собой один контейнер с феткуком. Прошли мимо пустого фермерского дома и большого эвкалиптового дерева, обмотанных лентой, – место преступления. На мне были мои фельтскуны цвета хаки. Я посмотрела на место у задней двери, где в последний раз видела свои коричневые фельтскуны. Мои старые, проверенные ботинки. Хоть бы с ними ничего не случилось. Мы пошли вниз, к коттеджу на краю фермы. Коттеджу Лоуренса.

— Смотрите, – сказала Джесси, когда мы шли мимо прудика. – Там еще остались утиные перья.

Они застряли в камышах у воды. На меня смотрела золотоглазая лягушка.

— Похоже на крааль для скота вон там, за яблонями, – сказала Джесси, когда мы двинулись дальше. – Но я не вижу никаких животных.

— А вон там фруктовые деревья, – сказала я. – За кустами терновника. Идем, посмотрим.

Тени были длинными, но дневная жара еще не ушла, и я отставала от Джесси.