Онлайн книга «Полонез»
|
И как ему, следователю, быть? Не впервые думал об этом, совсем не впервые… Отпустив плечо старика, Каминский достал платок и вытер пот со лба. Душно было в доме. И этот застоявшийся пыльный воздух, пропитанный запахом крови… — Пан Войцех, трупы свежие, — деловито сообщил врач, закончивший осмотр. — Вскрытие покажет, но думаю, что ещё полсуток назад люди были живы-здоровы. — Снял резиновые перчатки и принялся протирать руки спиртом. — По моей части всё. Как только составите протокол, можно увозить в повет, в морг. — Спасибо, пан Михал… — А как же я, пан следователь? Может, я уже пойду, чтобы под ногами не путаться? Вы тут протокол составлять будете и вообще… Староста искательно смотрел на Каминского. Но у того ещё были вопросы. Выждав, пока доктор выйдет на улицу, следователь круто обернулся к Адамеку (тот аж отшатнулся) и спросил напористо: — Скажи мне, пока один на один. Не для протокола. — Что, пан следователь? — Ты этих мстителей знаешь. Не можешь не знать. Вы же их наверняка всей общиной кормите-поите. Да ещё, небось, одеваете-обуваете. Вот и скажи, кто они такие. Имена, фамилии. Может, клички. Сколько их. Где прячутся. Это только для меня. — Требовательно посмотрел прямо в глаза. Нажал голосом: — Ну? А я в рапорте наместнику укажу, что горожане здесь ни при чём, обещаю. Староста замотал головой. — Не могу я, пан следователь… — Боишься? — Боюсь, да… Опять же, — какие ни есть, а защитники наши. За Польшу великую воюют. Как же их выдавать? Свои ведь, — закончил неуверенно. В сущности, старик высказал вслух то, о чём Каминский и сам только что думал. Свои-то свои, но… Невольно бросил взгляд на мёртвую девушку, на распятого мужчину. — Это верно, старик, — воюют. Себя не щадят, — сказал мрачно. — Только воевать можно по-разному. Можно с армией. Но можно и с беззащитными. — Кивком головы указал на бездыханные тела. — Ты их кормишь, а они над твоей же горожанкой надругались и горло перерезали, как свинье. А если завтра ещё кто-то им не понравится или что-то не так сделает? Новые могилы копать будешь? Уставившись в пол, староста молчал. — Не хочешь выдавать? Ну и правильно. Защитники же твои! Мои, получается, тоже… — Каминский сунул руки в карманы и наклонился к старику. — Только я вот думаю: на кой ляд такие защитники? Страшно с такими. Звери, и те добрее. Ну, что молчишь? Ты же старый, умный. Скажи что-нибудь. — Не мучьте меня, пан следователь, — еле слышно попросил староста. — Боишься, старик, — процедил Каминский, дёрнув уголком рта. — Опять же правильно. Чем ты лучше той Кристи? Заподозрит кто, что лишнее сболтнул, так за это из тебя всю кровь по капле выдавят. Такие у нас защитники… Иди. — Что? — переспросил староста непонимающе. — Уходи, говорю. Повернулся к старику спиной. Давно уже не было на душе так мерзко… У двери понурого старосту чуть не сшибла с ног немолодая простоволосая женщина в домашней кофте, застёгнутой через пуговицу. Следом за ней в комнату вбежал, задыхаясь, грузный пожилой мужчина с перекошенным лицом. Оглядевшись, оба с плачем кинулись к столу, на котором лежала девушка. — Кристя, Кристя! — навзрыд повторяла женщина. — Доченька наша ясноглазая! — хрипел мужчина. Упали на мёртвое тело, обливая слезами родную бездыханную плоть. |