Книга Святой Рейтинг, страница 89 – Александр Домовец

Сын эфира повернулся к стражнику.

— А ты, часом, не ошибся дверью, гитарист? – тихо и грозно спросил он, хмурясь. – Нас тут вроде никто не ждёт…

Раздался низкий звучный голос:

— Ошибаешься, сын мой. Ждёт. Ещё как ждёт!

С этими словами Варфоломей отодвинул в сторону Лефтенанта. Неторопливо, стуча посохом по ковровой дорожке, он подошёл к трону и уверенно сел.

Участники экспедиции изумлённо переглянулись.

— Варфоломей, ты в порядке? – встревоженно спросил профессор.

— Совсем рехнулось его преподобие, – жалостливо сказал Корней. – Столько передряг в его-то возрасте…

Проповедник усмехнулся. Отложив посох, он закрыл и сильно сжал лицо руками. А когда отнял ладони, все увидели, что это, собственно, уже и не Варфоломей. И выглядит не так, и одет по-другому.

На троне сидел человек лет сорока пяти, в золотой короне и красной мантии поверх чёрного длиннополого одеяния, смахивающего на рясу из хорошей тонкой шерсти. На шее висел большой медальон, инкрустированный драгоценными камнями. Продолговатое морщинистое лицо обрамляли длинные черные волосы с проседью. Высокий лоб гармонировал с крупным прямым носом, квадратный подбородок указывал на крутой нрав. Толстые яркие губы, достойные негра-вампира, иронически улыбались. Облик человека в мантии дышал силой и энергией.

Вглядевшись в незнакомца, учёные мужи Мориурти и Сидоров синхронно раскрыли рты и уставились друг на друга.

— Доктор Хаос! – воскликнули они в один голос.

— Его императорское величество Хаос Первый! – торжественно поправил Гаврила.

Знаменитый биохимик благосклонно кивнул.

— Он самый, господа! – сказал он. – Рад, что спустя столько лет меня можно узнать.

Фёдор мгновенно вспомнил всё, что в закрытых служебных циркулярах когда-то читал о безумных экспериментах доктора Хаоса, и ему вдруг очень захотелось оказаться за тысячу километров от проклятого замка. «Вот теперь точно звездец», – отрешённо подумал он, не дожидаясь подсказки перстня…

Конец третьей части

Вильям Хаос был один из тех гениев, которых природа изредка рождает на свою голову. Мощный, дерзкий и острый ум, полное пренебрежение к традициям и устоям, безоглядное стремление вперёд – вот лишь некоторые черты и свойства Хаоса, которые отмечали современники и которые позволили ему сделать поистине феноменальные открытия.

Его предложение перерабатывать информационные потоки в жиры, белки и углеводы, как уже говорилось, Совет герцогов отклонил. Незачем делать из трудящихся телепотребителей едоков-халявщиков. На дальнейшую разработку темы был наложен мораторий, а доктора предупредили о недопустимости подобных изысканий. Учёный хлопнул дверью и удалился в неизвестном направлении, пообещав, что о нём ещё услышат.

Ах, как недальновидно поступил Совет герцогов! Никто не знал, что запрещённая идея Хаоса – не более чем верхушка айсберга, имевшая исключительно прикладной характер. Никто не подозревал, что в сногсшибательном предложении доктора главными являлись отнюдь не жиры, белки и углеводы. Ключевым понятием здесь были информационные потоки.

Наше повествование – не научный трактат, и было бы неуместным погружаться в подробное описание исследований доктора Хаоса. Скажем главное: изучая информационно-энергетические элементы (так называемые биофотоны), доктор однажды совершенно неожиданно для себя сумел проникнуть в ноосферу.