Книга Позывной "Лисица": Ноябрь 1941-го, страница 23 – Ксения Чернова

Тело Лидии уставало от неподвижности иначе, чем прежнее тело Александры. Поясница начинала болеть быстрее. Шея затекала. Дыхание после контузии то выравнивалось, то внезапно сбивалось, будто лёгкие забывали ритм.

Она несколько раз меняла положение, стараясь делать это медленно.

Громов наблюдал за ней.

— На стрельбище тоже столько лежали? — спросил он едва слышно.

— Иногда дольше.

— Там по вам не стреляли.

— Поэтому было скучнее.

— Вы всё ещё думаете, что это похоже на стрельбище?

Александра посмотрела через прицел на узкую щель мельницы.

— Нет.

Слово прозвучало честнее, чем ей хотелось.

На стрельбище всё подчинялось правилам. Мишень появлялась по команде. Дистанция была известна. Патроны проверены. Ветер можно измерить. После выстрела существовал результат: попадание или промах. Никто не пытался вычислить позицию стрелка и вызвать туда миномётный огонь. Мишень не думала, не боялась и не хотела жить.

Здесь за досками мог находиться человек. Он дышал, уставал, мёрз и, возможно, сейчас рассматривал их через собственную оптику.

— Нужно заставить его показаться, — сказал Громов.

Колесов вытащил из вещевого мешка старую пилотку и тёмную ткань.

— Сделаем голову.

Митрохин нашёл обломок доски. Они натянули пилотку на верхний конец, обмотали тканью и приготовились поднять приманку над насыпью.

Александра наблюдала за мельницей.

— Не сработает.

Колесов посмотрел на неё.

— Почему?

— Слишком просто. Если он опытный, не станет реагировать на пилотку без тела.

— А если не опытный?

— Тогда вы бы нашли его вчера на колокольне.

Сержант всё равно решил проверить. Он медленно поднял приманку, задержал на несколько секунд и убрал. Потом повторил чуть правее.

Мельница не отреагировала.

Ни движения. Ни блеска. Ни выстрела.

— Ещё идеи? — спросил Громов.

Митрохин предложил протянуть плащ между двумя бойцами, изображая перебежку. Они привязали ткань к верёвке и несколько раз дёрнули между кустами. Издалека могло показаться, что человек быстро пересекает открытое место.

Немец снова не показался.

— Он понимает, что здесь группа, — сказал Колесов. — Может, ушёл ночью.

— Кровь на мельнице не появится только потому, что мы устали ждать, — ответила Александра.

Громов посмотрел на неё.

— Вы уверены в позиции?

— В секторе. В конкретной щели — нет.

— Тогда проверяем другие точки.

Он начал распределять наблюдение. Колесов должен был следить за школой, Митрохин — за колокольней, Белов — за краем оврага. Александре оставили мельницу.

Прошло ещё сорок минут.

В какой-то момент она заметила движение возле школы и напряглась, но это оказался кусок штукатурки, осыпавшийся с внутренней стены. На колокольне взлетели вороны. Митрохин навёл винтовку, затем опустил.

Капитан подполз ближе.

— Если он использует перископ, — прошептал Громов, — зачем высовываться вообще?

— Чтобы уточнить мелкую цель.

— Какую?

— Ту, которую нельзя распознать через перископ. Документы. Знаки различия. Состав группы.

— Значит, нужна настоящая цель.

Александра отвела взгляд от прицела.

— Нужна правдоподобная цель.

— Приманки закончились.

— Тогда не делайте приманку.

Громов несколько секунд смотрел на неё, затем перевёл взгляд на деревню.

— Вдоль северной окраины есть участок, который не простреливается с немецких позиций, — сказал он. — За домами. Наши разведчики несколько раз проходили там ночью.