Книга Колье примадонны, страница 39 – Наталья Николаевна Александрова

— А ты что?

— А что я? Понятия не имею, где она, а они… – Борюсик снова уставился в зеркало.

— Понятно… – протянула Ольга и осознала, что ей мужа совершенно не жалко. Потом представила, как его макают головой в унитаз, и едва сдержала улыбку.

— Ничего… – злорадно шипел Борюсик, – найдут они ее – мало ей не покажется!

— Как же они ее найдут, ты же не знаешь, где она живет.

— Да? А мобильник на что? – усмехнулся Борюсик, отчего лицо его перекосилось и стало напоминать маску монстра – распухшее, с синими подтеками. – Номер-то у меня записан еще давно был! Хорошо, что я вспомнил и сказал! А то бы эти не отстали!

— Нужно в полицию обратиться! Тебя ведь избили!

— С ума сошла? – Теперь видно было, что Борюсик испугался ужасно. – Не вздумай! Они мне ясно сказали – никакой полиции. Даже не думать! И вообще никому про это не говорить, а не то этот, орангутанг, придет и оторвет мне…

— Нос? – предположила Ольга.

— Да нет, какой нос? Эти, ну… не понимаешь, что ли? – рассердился Борюсик.

«У тебя их и так нету, – неожиданно подумала Ольга, – может, и были, раз Стасик родился, а теперь уж точно нету».

Я думала, стоит ли мне устраиваться на работу в это статистическое управление. Денег обещали мало, а работы навалят выше крыши.

Но есть две причины: во-первых, нужны деньги на жизнь, пусть даже небольшие, а во-вторых, вполне возможно, что я смогу что-то узнать про Алину Жирардо.

То есть про нее-то все известно, так что я вовсе не собираюсь докапываться, куда она исчезла. Прошло сто лет, все давно про это забыли. Но ожерелье… ожерелье пропало вместе с ней именно в этом доме, так что надо мне там потолкаться, с людьми поговорить. Или еще раз встречу призрака, можно у него спросить. А что, показал же он мне в прошлый раз, где выход. Шучу, конечно.

На следующее утро я отправилась в управление, но Нелли Петровны не оказалось на месте, а без нее никто не давал санкции выписать мне пропуск. Короче, они проваландались до обеда и велели мне выходить завтра, утром пропуск будет на месте.

Поэтому я решила навестить Вильгельма Альфредовича, вдруг он уже что-то знает про копию ожерелья.

Я вошла в знакомый торговый центр, поднялась на второй этаж, прошла по коридору и свернула за угол.

Передо мной светился голубоватым светом знакомый аквариум ювелирного киоска, но сегодня он выглядел так, словно в этом аквариуме похозяйничал хулиганистый кот, выловил лапой всех рыбок и раскидал их по полу.

Шкафчики были открыты, их содержимое валялось на полу в полном беспорядке, старый ювелир ползал там же, собирая рассыпанные кольца и детали часов.

Над окошечком для клиентов была прикреплена табличка с надписью «Закрыто».

Я по инерции подошла к киоску.

Ювелир, не поднимая головы, проворчал:

— Видите же – закрыто! Приходите завтра.

— А что у вас случилось, Вильгельм Альфредович?

Ювелир поднял морщинистое лицо старого гнома, узнал меня и горестно вздохнул:

— А, это вы… Да вот, видите, какие-то хулиганы похозяйничали! Ни стыда у людей, ни совести.

— Хулиганы? Не грабители?

— В том-то и дело… Какая-то странная история…

Он снова тяжело вздохнул и понизил голос:

— Напали на ночного сторожа, вырезали стекло, вскрыли мой киоск, но ничего не взяли. Только, вот видите, все побили и поломали, перевернули вверх дном. Такое впечатление, что они что-то искали, но не нашли и со зла устроили здесь полный разгром.