Книга Колье примадонны, страница 6 – Наталья Николаевна Александрова

Как я уже говорила, жили мы вдвоем с мамой до тех пор, пока я не окончила школу.

После выпускного вечера, когда у меня зажили раны на лбу (про Митьку Шанежкина и зеркало я уже говорила), мама сказала, что она хочет меня кое с кем познакомить. При этом глаза у нее так блестели, что я сразу все поняла.

Мы встретились в небольшом кафе возле нашего дома. Этот кое-кто оказался маминым сослуживцем, то есть, конечно, бывшим сослуживцем, теперь он работал в другом месте. Звали его Федор Иванович, просто и незамысловато.

Они уже все решили и меня поставили перед фактом. Оказывается, симпатия, как удачно выразился Федор Иванович, была у них с мамой уже давно, и он решился сказать ей, открыться, только когда собрался увольняться. Он совершенно правильно догадался, что служебный роман не для моей мамы.

Это верно, никогда я не замечала за ней ничего подобного. Не звонили по телефону мужчины, не приносила она никаких подарков, ни разу не замечала я, что она особенно прихорашивается перед зеркалом.

Забыла сказать, что мама была женщиной привлекательной, но вела себя всегда очень сдержанно.

А тут… у нее так блестели глаза, она так смеялась, что я тоже улыбнулась.

Федор Иванович был крупный, шумный, не говорил, а гудел, ходил вперевалку и очень похож был на медведя. Не худого и голодного, которого разбудили зимой и выгнали из берлоги, а сытого и доброго, в общем, медведя из сказки.

Они очень скоро расписались в районном загсе, с его стороны был свидетелем старик-сосед, а с маминой – немолодая бухгалтерша с ее работы. Ну и я.

У Федора Ивановича был взрослый сын от первого брака, он имел уже жену и ребенка, но на свадьбу его не позвали. Я не спрашивала почему. Мне какое дело.

Потом встал вопрос с жильем. Федор Иванович сразу сказал мне при знакомстве, что есть у него жилплощадь – квартира покойной матери, где он живет один. Я думала, что мама переедет к нему, но она сказала, что не хочет оставлять меня одну, пока я не смогу себя содержать.

Ее новый муж согласился – места хватит.

И правда, квартира оказалась хоть и двухкомнатная, но интересной планировки. Две большие комнаты и очень большая прихожая, где стояли диван и телевизор, так что вроде бы она и гостиная.

Скажу сразу, Федор Иванович оказался вполне приличным дядькой. Он не лез ко мне с советами и нравоучениями, не ворчал, не запрещал переставлять мебель, вообще ни разу не сказал, что я живу в его квартире, говорил – в нашей.

С мамой они жили душа в душу, я к ним старалась не лезть. У меня были свои заботы – я училась.

Денег, как понимаете, у нас с мамой было немного, так что выбирать какой-то престижный вуз не было смысла. Училась я, если честно, не то чтобы на тройки, но без фанатизма. Не было у меня никаких особенных талантов и стремлений. Правда, окончила в свое время музыкальную школу.

Мне нравилось, но продолжать дальше после восьмого класса не захотела, и педагоги не советовали, сказали, что ничего особенного из меня выйти не может.

Выбрали холодильный институт, мне было все равно, но он хоть был близко к дому, а Федор Иванович обещал потом помочь с работой.

Прошел год, и они решили покупать дачу. Федор Иванович вообще любил природу, рыбалку и все такое. Иногда ездил с друзьями, но потом перестал, хоть мама его и отпускала.