Книга В этой жизни я смелая!, страница 22 – Снеталия Морозова

— Что сделать?

— Ну, измельчить кусок на очень-очень маленькие кусочки, прям малюсенькие.

— Легко.

— Даа?

Я быстро достала еще кусок, небольшой, примерено граммов триста, положила перед дворецким на стол в глубокую тарелку, он что-то проговорил, и в тарелке уже фарш…самый настоящий мелко порезанный фарш.

Я, открыв рот, смотрела на это чудо. Он это сделал легко, играючи, за секунды.

— Вы волшебник!

Он засмеялся.

— Бросьте, не смущай меня, это самая обычная магия. А что твоя магия? В чем её талант?

— Скажете тоже – талант! Я помню, что перебарщивать нельзя. Вот и магичу очень редко.

— Надия, тебе бы тоже ещё поучиться, у тебя немножко неправильная информация. Нади, понимаешь, надо магию свою знать, чувствовать и управлять ею, переборщить, как ты говоришь, можно только в том случае, когда магия начинает управлять магом. Вот Бернар очень силен, его магия – мощь, махина, но она послушная как ручная овечка, как глина в руках мастера, как расческа, что легко укладывает волосы. А для этого магию свою надо не бояться, Нади, а полюбить, говорить с ней, дружить. Понимаешь?

Я закрыла глаза, рисуя самый волшебный костюм повара в голове, говоря мысленно детали, представляя Генри в нем.

Я видела что-то похожее на картинке в книге сказок, что читала Миле когда-то, мне таким виделся и Генри, он мне виделся добрым волшебником, как Дед Мороз. Я представила мундир и брюки цвета спелого вина с вышитыми нитями -рунами вкуса и изобилия, поверх мундира – фартук из драконьей чешуи, который переливался на свету и отталкивал жир и пятна, пояс широкий с повешенными пузырьками – а в них специи – корица и ваниль – какие быстро вспомнила. Головной убор как корона кулинара, не белый колпак, а темно-синий с серебряными звездами, будто ночное небо, в одной руке - лопатка-посох, в другой – кулинарная книга.

Я открыла глаза. Генри был прекрасен. Настоящий повар-волшебник, ему невероятно подходил этот костюм. Он добр, любит детей своего хозяина, любит дом, в котором живёт – я почувствовала это сразу.

— Моя магия - создавать костюмы, платья, одежду…вот такая очень женская, да.

Генри создал мгновенно зеркало в полный рост, подошел медленно к нему, осматривая себя, трогая ткань, провел осторожно пальцами по рунам, заглянул в книгу – настоящую кулинарную, откупорил пузырьки, понимая, что они не пустые.

Софи, похоже, не дышала, моргала глазками, рассматривая дворецкого.

— Нади, ты понимаешь вообще? Ты понимаешь?

— Генри, что? Я редко магичу, можно сказать, пару раз всего.

Он пораженно на меня уставился, взялся на сердце, сел на скамью.

Я подбежала сначала к мясу, убавила огонь, налила воды, протянула Генри.

— Генри, что?

— Нади, я впервые такое вижу. Вы обладаете невероятной магией, ты обладаешь, Боги, я заговариваюсь, магия ткани и тени, искусство создания одежды. Ты архитектор идентичности. Я где-то о подобном читал.

Генри закрыл глаза, вспоминая что-то. Потом пробурчал заклинание, так и не открывая глаза.

— Так, знаю, я сейчас в библиотеку.

— Генри, вам вернуть одежду?

— Ни за что, я её сохраню, Надия. Еще чего - вернуть!

Он радостный куда-то убежал.

Я начала печь блины, скоро придет Фред, время близилось к обеду.

Софи смазывала блины маслом, мы с ней один попробовали. Она съела - чему я была очень рада.