Книга В этой жизни я смелая!, страница 7 – Снеталия Морозова

Осмотрела дорогу, машин мало, практически нет. Ссутулившись под огромным зонтом, пожилой мужчина выгуливал большого пса, тот топал по лужам, явно кайфуя.

Я высунула руку из-под козырька подъезда своего, дождь был не холодный, только сильный, сплошной.

Видя лишь витрину своего круассанского рая, втопила, не глядя по сторонам – все равно никого нет, все пережидают дождь такой, только по нужде несутся. Засмеялась про нужду, прыгая по лужам, ловя плечами поток дождя.

Бежала, ощущая азарт и какое-то детское веселье, и вдруг сильный удар в правый бок, тело моё подлетело высоко, как пушинка, почувствовала воду на лице и удар головой о бордюр, упала…больно. Очень больно. Темнота. Ничего не болит. Кругом так тихо: ни дождя, ни машин, ни городского шума.

Открыла глаза, я в белой комнате, стою в центре помещения светлого и пустого, попыталась сделать шаг, поняла, что нет земли под ногами. Я плыву.

— Привет! – голос нежный и такой заботливый зазвучал в тишине.

А в этом голосе столько любви, ощутила что-то родительское в нем, захотелось к говорившей прижаться. Голос женский, добрый.

Повернулась на него, в углу женщина в просторной длинной одежде, как балахон, свободные её одежды переливались от нежно-голубого, розового, до теплого желтого и белого. За плечами два огромных крыла – ух ты!

Мысли, нет - одна мысль – догадка в голове застучала: я умерла.

— Да, моя девочка, да, прекрасная душа, твоё физическое тело от удара сломалось.

— Кааак?

В голове Милана, Оля моя - будет ждать меня сегодня в ресторане, мама, папа….они же сойдут с ума, они же не переживут горя такого.

Я заплакала.

— Меня сбили что-ли?

— На машине мужчина, совсем не ожидал, что выскочит женщина в неположенном месте, увидел уже в последний момент, затормозил, но дождь…удар произошел виском о высокий каменный бордюр, что повлекло мгновенное кровоизлияние внутри черепа. Ты пролежала в коме почти сутки, врачи, если бы и спасли твоё тело… на ноги бы ты уже не встала.

— О! Как Милана, мама…Оля, папа…- я стала вспоминать всех, кого знала, понимая, каково им….тяжело им, да, очень.

— Простите, - я заплакала.

Душа моя плакала. Я жалела, что зачем-то побежала в непогоду. Я жалела о своем поступке, таком безрассудном, глупом, такая нелепая бестолковая смерть…из-за круассана.

— Ты все лучшее сделала на Земле, прекрасная душа. Вырастила замечательную дочь, была сама хорошей дочерью и подругой.

— Мало…

— У каждого свой путь. Хочешь порадую тебя?

Я кивнула.

— У Миланы будет трое детей, две дочери и сын, они с Михаилом проживут долгую и счастливую жизнь. Будут часто вспоминать тебя, рассказывать детям.

— Я не увижу внуков, - представляя их в своей голове уже, сердечно любя.

— Родители твои переедут к сыну, будут растить внуков, у брата твоего будет четверо детей.

— Ого-го…кто бы мог подумать, он от новости о первой беременности отходил долго.

— Да, он будет чудесным отцом, откроет клинику свою. Твои родители будут с ним до конца своих дней в окружении внуков и правнуков. А у Ольги – твоей подруги - через три года родится внучка, твой крестник Андрей станет отцом, девочку назовут Надеждой.

Во мне какая-то нерастраченная любовь заплескалась, забурлила, захотелось всех этих детей увидеть, быть им полезной. Нужной.