Книга В этой жизни я смелая!, страница 78 – Снеталия Морозова

Кружевное бельё соблазняет не наготой, а глубиной, уважаемый следователь. Оно — как хорошая поэзия, где смысл не в буквах, а между строк. Оно добавляет страсти, потому что превращает физическое в духовное, материю — в искусство, а женщину — в музу. Оно говорит: «Ты видишь лишь начало. Остальное — за пределами твоих глаз, в твоём воображении». И в этом пространстве между видимым и сокровенным рождается самая сильная, самая чистая страсть — страсть к разгадке тайны, которая длится вечно.

Люсия прокашлялась:

— Генри, налейте мне, пожалуйста, - подавая дворецкому пустой бокал.

Генри еще несколько секунд пребывал в замешательстве, сам кашлянул, у Люсии выпал листочек, она нагнулась. Генри тоже поспешил поднять, вставая с места, их руки соприкоснулись, и оба почувствовали жар. Люсия сжала кулак, убирая ладонь, Генри подал листок ей, всматриваясь в глаза этой бестии.

Мадам положила его к тарелке. Мужчины за столом сидели и не дышали похоже.

— Люсия, я так рада, что тебя узнала. Хочешь чай?

— Давай, а я-то как рада, Нади, подруг у меня нет, а теперь есть, я надеюсь.

— Есть, Люсия. Есть, - я закивала.

— Я счастлива! – Люсия улыбнулась.

Арчи глазел на мадам, Генри не нравилось, что дознаватель смотрит на Люсию, отмечая, что что-то в нём происходит. Магия реагировала на неё – вот что происходит.

— Люсия, а вы откуда?

— Зачем вам это, Арчи? – снисходительно спросила мадам.

— Вас принял дом графа, вы подружились с Нади, вы отличаетесь от всех живущих женщин Дамагии.

Мы с Люсией уставились на этого дотошного следака.

— Арчи, чего ты пристал? – шикнул Бернар.

— Последний вопрос, прошу.

— Давайте, не отвяжетесь же.

Фред рассмеялся.

— Вы не из Дамагии?

— Не из Дамагии, следователь.

Генри вызвался проводить Люсию до дома.

Я пересмотрела все рисунки Софи, искупала малышку, по очереди мы с дочкой почитали сказку про мага и принцессу. Бернар в это время разговаривал с Фредом о предстоящих новых дисциплинах, через год юному графу предстоит поступать в Королевскую Академию.

Софи уснула. Я поправляла её волосы, всматриваясь в личико: она поправилась, щечки появились, магия её слушалась, Софи вырастет настоящей графиней – умной и красивой.

Мы с Бернаром не предохранялись, что-то внутри меня подсказывало: интуиция или магия, что дети у нас будут не скоро,

Я приняла ванную, накинула свой черный пеньюар и пошла в кабинет мужа.

Заглянула. За столом сидел граф, работал. Брови сведены - серьезный, что-то читал, поднял глаза, опустил плечи, расслабляясь, чуть откатился в кресле от стола, махнул рукой, приглашая сесть ему на колени. Я приземлилась в объятия любимого, прижалась щекой к груди, он гладил мои волосы, спину, бедра. Я ничего не расспрашивала о его делах, Бернар начал сам:

— В городе появились странные снадобья, воздействующие на память, зрение, слух. Арчи и его комитет занимаются расследованием, много обращений от жителей: то зрение теряют маги, то память, отдавая в таком состоянии свои сбережения или подписывая нужные бумаги под воздействием. От большого количества можно не вернуться к прежнему образу жизни, некоторое уже остались в забвении, слепыми. Это просто ужас! Нади, любимая, кристалл не снимай, помни, тебе достаточно лишь взять в ладошку и подумать, я услышу тебя сразу, с незнакомыми будь бдительна.