Книга Синдром отмены, страница 38 – Виктория Сталь

Герман сидел на стуле у стены. Он не двигался. Не задавал вопросов. Просто смотрел на экран и запоминал каждую линию. Не анализировал. Не оценивал. Запоминал. Так, как его учили: карта местности должна отпечататься в голове до последней детали, чтобы даже в полной темноте, даже с закрытыми глазами, ты знал, где стена, где дверь, где враг. Он смотрел на схему, и его палец медленно двигался вдоль восточного крыла, от ограды сада к окну второго этажа. Туда и обратно. Туда и обратно.

— Вот, — сказал Мика, и его голос сорвался с шёпота на нормальную громкость. — Готово.

Он развернул монитор так, чтобы было видно всем.

— Смотрите. Это восточное крыло. Вот здесь спальня. Второй этаж, третье окно от угла. Охрана сменяется в три ночи. Не в три ровно, в три ноль-две. Я сверил логи за последние две недели: у них всегда двухминутная задержка. Ночная смена приходит без двух минут, дневная уходит в ноль-ноль. Это даёт нам пятнадцатиминутное окно.

— Почему пятнадцать? — спросил Кирьян.

— Потому что в это время у них пересменка, и одна камера глючит.

— Глючит?

— Да. Внешняя камера номер четыре, восточный периметр. У неё плавающий контакт, я заметил это ещё неделю назад, когда мониторил их сеть. Она не отключается совсем, но раз в сутки, именно в три ночи, начинает сбоить: картинка рябит, теряет фокус, на пару минут уходит в серый шум. Охрана знает об этом и не чинит, то ли руки не доходят, то ли экономят на оборудовании. В любом случае, это наше окно.

— А вторая?

— Вторая камера, внутренняя, коридор восточного крыла. Она смотрит в другую сторону. Угол обзора девяносто градусов. Если зайти через окно и сразу прижаться к правой стене, в объектив не попадёшь. Проверено по геометрии.

Мика нажал пару клавиш, схема повернулась, приблизила восточное крыло.

— Окно выходит в сад. Западная часть сада, старая яблоня. От ограды до ствола четыре метра. От ствола до окна ещё полтора. По решётке можно забраться за десять секунд. Решётка декоративная, кованая, с выступами для вьющихся растений. Она выдержит даже его, — Мика мотнул головой в сторону Германа.

Герман кивнул. Ни слова.

— Сигнализация? — спросил Кирьян.

— А вот тут интересно, — Мика сдвинул очки на лоб и потёр переносицу. Глаза у него были красными, но взгляд цепким, как у охотничьей собаки, взявшей след. — Трёхуровневая. Первый уровень, периметр: датчики движения, разбития стекла, магнитные контакты на окнах и дверях. Второй, внутренний: инфракрасные барьеры в коридорах, датчики объёма в ключевых помещениях. Третий, ядро: гермозона вокруг кабинета Александра и винного погреба, где у них серверная. Туда нам не надо, это в другом крыле.

— Датчики движения отключишь?

— Не просто отключу. Я напишу патч. Он зациклит последний чистый кадр на всех камерах внешнего периметра. Охрана будет смотреть на экраны и видеть пустой сад, пустой коридор, пустую спальню. Пятнадцать минут. Может, чуть больше, если повезёт.

Он развернулся к Герману.

— Но учти: ровно через пятнадцать минут система перезагрузится. Это автоматический протокол безопасности, я не могу его обойти, он вшит в контроллер на аппаратном уровне. Если я попытаюсь его отключить, система просто уйдёт в аварийный режим и поднимет тревогу сразу. Так что у тебя пятнадцать минут. Секунда в секунду. Потом всё включится обратно и начнёт орать так, что сбежится вся охрана, включая тех, кто в увольнении.