Книга Здрасте, я — ваше счастье, страница 116 – Наталья Юнина

— Иди на хер.

— Это я любя. На самом деле Катерина мне крайне симпатична. Но это не отменяет того факта, что она меня подбешивает. Хорошего вам вечера, ребятушки.

Когда мы оказываемся на улице, понимаю, что меня снова развезло, и от этого чувствую себя паршиво. Блин, и машина, как назло, припаркована не рядом. Самое обидное, что выпила я реально немного.

Шагаю вроде уверенно, но пройдя несколько шагов, поскальзываюсь на снегу. Ловит меня Кирилл за капюшон как маленького ребенка. Благо не отчитывает, но сумку я роняю. Из нее выпадает все содержимое.

— Стой уже. Сам подниму.

Это чертовски мило. Паскуда, но самая лучшая, несмотря на то что крови мне попил знатно. Стою и улыбаюсь как дурочка, смотря на то, как он поднимает мои вещи. Красивый гад. Мой. Мой же? За своими раздумьями не замечаю, как Кирилл замедлился. И только спустя несколько секунд я понимаю в чем дело. Он внимательно смотрит на мой календарь…секса. Убейте меня кто-нибудь. Но, с другой стороны, ну обвела я кружочками дни. Ну, поставила напротив них буквочки, обозначающие кое-что. Что здесь такого?

— Это не мой календарь. Наташин.

— Насыщенная жизнь у твоей беременной подружки.

— Гормоны, — ничуть не раздумывая бросаю я.

Кирилл ничего не отвечает. Молча усаживает меня на сиденье и заводит машину. Тронувшись с места, произношу первое, что приходит на ум.

— Я не хочу к тебе.

— Почему?

— Потому что там бесы.

— В смысле?

— В прямом. Там Валера. Давай наймем экзорциста и изгоним из него бесов, а потом позовем батюшку и покрестим Валеру?

— Ты сколько выпила, Кать?

— Немного. Честно. Просто весь день ничего не ела, кроме икры. Ну, я серьезно. Валера такой злой, что мне страшно. Ноги, падлюка, мне все поцарапал. Можно ко мне?

Ничего не отвечает, но, судя по выбранному маршруту, все же едем мы ко мне. Ехать молча мне не нравится. Но первой заговорить не решаюсь. Зато пялюсь, прожигая в его профиле дыру. Красивый гад. Зачем рождаются такие красивые мужики?

— «Х» — это что? Хуево или хреново? Хотя, какая разница, один хрен. А «н»? Не понравилось? «В» вяло? Там, блядь, до хрена «в».

Когда до меня доходит, что он про календарь, из меня вырывается смех. А вот Кириллу не смешно. Он останавливается, паркуясь возле парка, и переводит на меня взгляд. Злой. И тут я понимаю, что с таким шутки плохи. Недолго думая, расстегиваю куртку, кидаю ее на заднее сиденье и скидываю сапоги. А затем неуклюже, ударяясь всем, чем только возможно, совсем не сексуально, как это показывают в кино, перелезаю к нему, усаживаясь верхом. Обхватываю его за шею и накрываю его губы своими. Гаденыш не спешит мне отвечать, но все же сдается. Отрываюсь от его губ.

— «Х»— это хорошо, — шепчу ему в губы, внаглую ерзая на нем. — «Н» — нормально. Если присмотришься, их раз-два и обчелся. А «в» — восхуитительно, Кирилл Владимирович.

Вот уж ни за что бы ни подумала, что такой мужчина, при таких внешних данных, деньгах и ого-го каких генитальных способностях будет сомневаться в своих возможностях. Более того, он мне не верит. Офигеть.

— Только что придумала новое слово?

— Неа. Примерно восемнадцать дней назад. Клянусь своей жизнью.

— Кать, ты дура, что ли, таким клясться?

— Ну, если это правда, почему бы не поклясться? — неотрывно смотрю ему в глаза. Ну же! Капец, все равно сомневается. — А почему ты подумал, что все так плохо? Я была уверена, что закомплексованная трусиха здесь только я.