Книга Его сводная победа, страница 47 – Анна Веммер

— Эй, оставь мне хоть немного, – говорю я.

— Что?!

Ну правда: как на муравейнике. И, судя по воплю, какой-то гигантский житель этого муравейника только что укусил Сереброву за зад.

— Ты собираешься спать здесь?

— У нас же уговор.

— Да, но я думала, что ты ляжешь на полу или не знаю… Ты серьезно? Ты думаешь, я буду спать с тобой в одной кровати? Ты вообще в своем уме?

— А что, у тебя есть варианты? – Я пожимаю плечами, стараясь выглядеть максимально беззаботным. – Мама с папой уже спят, а Риты нет. Я же не собака, чтобы спать у порога на лежанке. Так что выбирай: либо спишь здесь, либо я иду к папе и рассказываю, какого ты мнения о моих бургерах.

Элина возмущенно фыркает. Она явно не в восторге от перспективы, но и выбора у нее нет.

Я уже почти праздную победу, как она вдруг говорит:

— Ладно, но я сплю с краю. И не смей ложиться ближе чем на метр.

— С краю? – я хмыкаю. – Это моя комната, моя кровать. Я сплю с краю.

— Ты же мужчина! – Она бросает на меня взгляд, полный презрения. – Мужчины всегда уступают женщинам.

— О, теперь я мужчина? – притворно удивляюсь. – А минуту назад я был «извращенцем проклятым». Решай, ледышка, кто я: джентльмен или маньяк?

Она закатывает глаза, но я вижу, как она неуверенно закусывает губу, явно больше склоняясь к варианту с маньяком. Черт, она действительно красивая, особенно когда злится.

— Ладно. Я сплю у стены. Но если ты хоть пальцем ко мне прикоснешься… если хоть один твой волосок упадет на мою половину – задушу прямо во сне!

Мы укладываемся, и я чувствую, как она старается занять как можно меньше места, будто боится случайно коснуться меня. Я поворачиваюсь на бок, чтобы не дышать ей в затылок, и закрываю глаза. Но через пару минут слышу ее голос:

— Марк?

— М?

— Если нас поймают родители, я тебя сдам.

— Как пожелаешь, ледышка.

— Прекрати обзываться!

— Может, споешь колыбельную, чтобы я точно уснул?

— Заткнись, – бурчит она, но я слышу, как она улыбается.

Проходит еще несколько минут, и я уже начинаю засыпать, как вдруг слышу ее тихий вздох:

— Марк?

— Что еще?

— Ты уверен, что это нормально? Спать вместе, я имею в виду.

— Нормально? – Я приподнимаюсь на локте и смотрю на нее. – Эля, мы не делаем ничего плохого. Мы просто спим. И если ты будешь продолжать так нервничать, то я точно начну храпеть. Из принципа.

Элина молчит, но я чувствую, как она немного расслабляется. Через некоторое время ее дыхание становится ровным, и я понимаю, что она заснула. Тогда я осторожно, чтобы ее не разбудить, поворачиваюсь. А что? Про взгляды речи не шло.

Я лежу и смотрю на нее. Волосы растрепались, губы слегка приоткрыты, а ресницы отбрасывают тени на щеки. Она такая… хрупкая. Совсем не та ледышка, которая днем готова была разорвать меня на части. Я вдруг ловлю себя на мысли, что она мне действительно нравится. Не как сестра.

Но я тут же отгоняю эту мысль. Мы не можем. У нас общий отец, и это делает все невозможным.

Вдруг Элина вздрагивает во сне, и я слышу, как она тихо стонет. Она плачет во сне. И к такому меня жизнь точно не готовила. Раньше я думал, что умею все: чинить машины, выживать на улице, растягивать тысячу на неделю. Оказывается, я понятия не имею, что делать, если хорошенькой девчонке в твоей постели снится страшный сон.