Книга Цвет любви – МЫ, страница 176 – Анна Евдо

— Точно тебе, – по-своему интерпретировала его интерес баб Аля. – В скрутке, наверное, планы переделок, которые вы с ней затеяли. Их она первыми вынесла. Сначала сказала, Коле Колосову передать, а потом стиснула, – Клим непроизвольно отметил помятую середину бумажной трубки, – и попросила тебя дождаться. Не в смысле, что ты должен ко мне за ними прийти, а как появишься во дворе. Конверт Рора добавила уже совсем перед самым отъездом. Ты его проверь, прежде чем вдогонку бросаться, хорошо, Клим? – Баба Аля сцепила пальцы в замок, но тут же расцепила, опять осторожно сморгнув.

— Хорошо, – пообещал Клим и сменил тему: – Что столичные врачи говорят?

— Похвалили местную коллегу. Анализы взяли. Обследование какое-то проводят. Теперь, оказывается, не только ногти и волосы можно наращивать, но и пальцы. Даже после полной ампутации. Слышал о таком?

Клим отрицательно мотнул головой.

— Вот и я не слышала. Случаи, конечно, разные. Сразу никто ничего не скажет наверняка. Процедура-то явно небыстрая.

— Но узнать стоит и шанс использовать, если он есть, – твёрдо и не кривя душой обозначил Клим. – Так что всё к лучшему, баб Аль.

Женщина кивнула, попыталась улыбнуться. Замерла на секунду и сдавленно всхлипнула, смахивая выступившие всё-таки слёзы.

— Я же с Аврорушкой с самого её рождения надолго, а уж тем более чтобы так далеко ни разу не расставалась, а тут, чую, переедет она в Москву. Пусть. – Баба Аля промокнула глаза бумажной салфеткой. – Там же возможностей столько. И для здоровья. У отца её связи есть, деньги на лечение он даст. И галереи, где она сутками будет торчать. И школы художественные с институтами, и мастерские. Точно заприметит кто-нибудь толковый её рисовательный талант. Я рада буду. Хочу, чтобы девочка моя была счастливой и занималась тем, что она любит и умеет. Понимаю всё… Только тяжко мне пока. – Баба Аля прижала обе морщинистые ладошки к груди. – Ох и тяжко, тоскливо так, Климушка.

Клим отложил конверт на стол, наклонился к бабуле. Накрыл её коленки руками и слегка потормошил.

— Баб Аль, давай-ка гони свою унылую хандру подальше. Кто тебе мешает в гости поехать или тоже в Москву переселиться? Если уж я лыжи навостряю, хотя меня под зад мешалкой могут смело, то тебе-то Рора точно всегда рада будет.

Баба Аля наконец улыбнулась, шмыгнула носом по-детски громко, и они оба коротко рассмеялись.

— Ну вот, другое дело. – Клим поднялся, подхватывая конверт с листами. – Пойдём, закроешься за мной.

Послание от Роры жгло кожу нетерпением, пока Клим спускался и шёл к машине, перекладывая его из руки в руку. Заняв переднее сиденье, конверт с рулоном наполнил салон присутствием малявы. Леди, лежавшая на заднем диване, подняла голову, посмотрела на принесённые Климом предметы и перевела проницательный взгляд на хозяина.

— Аврора уехала, – произнёс он. – Знаешь, я готов сорваться прямо сейчас следом за ней. В аэропорту или в самолёте проверю, что она мне оставила. Тебя пристрою у Кольки. Даже домой не обязательно заезжать, ведь зубную щётку и чистые носки я точно сумею найти в Москве. – Клим потянулся назад, и Леди тут же боднула его лоб в лоб. – Но я не стану ничего этого делать. Ты не игрушка. А тут, – он похлопал по конверту, – может обнаружиться записка о том, что Аврора завтра вернётся, и тогда мы с ней просто разминёмся и потеряем ещё один день, потому что мне тупо припекло. Или она сообщит, что не хочет меня видеть и попросит оставить её в покое… Значит, надо…