Книга Цвет любви – МЫ, страница 89 – Анна Евдо

На узком мосту через реку прогнозируемо возник затор. В отличие от других водителей, Клим никуда не торопился, поэтому не психовал. Он встроился в плотный поток, в кои-то веки не пролетая мимо реки, а отмечая, насколько в ней поднялась вода. «Ещё поднимется, когда растает лёд у истока», – подумал вскользь и сосредоточился на новом отрезке набережной, который появился на противоположном берегу.

Более пологий левый берег застраивался проще и, соответственно, быстрее. Набережная в два яруса уходила вдаль, виляя стройными рядами фонарей и широких парапетов. Скоро на ней откроются летние кафе-веранды. Уличные музыканты очнутся от зимней спячки. Местные и приезжие гуляющие заполонят все дорожки и лавки.

Клим не сомневался, что крутой правый берег был абсолютной занозой в заднице проектировщиков и строителей. Он слишком медленно поддавался облагораживанию. Там постоянно что-то копали, срезали, подсыпали, укрепляли. Клим обнаружил, что с начала весны вдоль реки успели соорудить неширокую нижнюю площадку. Над ней вывели навесы-террасы. Они выдавались над рекой и явно будут пользоваться спросом, особенно летом, у всех любителей высоты и красивых видов. Пока же их бетонные языки голо торчали над бурой водой.

На один из них забирался подросток. Клим усмехнулся, продвинулся на полтора автомобильных корпуса вперёд и вновь нашёл глазами смельчака, который оказался… девчонкой, судя по длинному хвосту и гибкой фигуре. С такого расстояния не получалось различить цвет волос – просто тёмные и всё, но то, что в такт каждому шагу девушка покачивала только одной рукой, левой, при этом вторую вообще не было видно, внезапно насторожило Клима.

Он забарабанил пальцами по рулю, проклиная всех, кому вздумалось притащиться на мост именно сейчас. Едва миновав последний пролёт, Клим резко завернул в карман автобусной остановки, шоркнув колесом по углу бордюра, и получил протяжный возмущённый гудок сзади.

— Л-ля…сядь-сядь-сядь! – выпалил на одном дыхании Клим, проехал до упора, врубил аварийку и выскочил из машины.

«Куда ты попёрлась, дурында? – бормотал он, переходя на бег. – Отвешу люлей от души, кто бы ни попался. Если же туда лезет Аврора, – а именно об этом необъяснимо вопили все его внутренности, – пусть пеняет на себя, безмозглая идиотка!»

Клим перемахнул через канаву, срезая путь наискосок сразу к нужной террасе. Балансируя на грани равновесия, спустился юзом по неровному склону. Можно было воспользоваться протоптанной такими же нетерпеливыми товарищами тропой, но до неё пришлось бы сделать дополнительный крюк в обход кустов дикого и до жути колючего шиповника, которые предусмотрительно оставили украшать нехило раскуроченный берег. Этакий островок зелени, а позже – благоухающих цветов на контрасте посреди ям, грязно-серых плит и железных конструкций.

Девчонка поднималась по уже уложенной лестнице, правда, парящей в воздухе без перил. Она резво шла по ступеням ровно посередине. По уверенной походке создавалось ощущение, что место ей хорошо знакомо. При переходе на основную площадку в лучах вечернего солнца в её волосах сверкнула медь, и Клим чуть не споткнулся. Он уже набрал воздуха, чтобы окликнуть Аврору, но заставил себя заткнуться. Не хватало ещё напугать и заставить девушку случайно дёрнуться. Мозгов у неё, похоже, и так кот наплакал, но Климу вовсе не улыбалось соскребать их остатки с каменных пластин.