Книга Огонь. Эйвери и Ривер, страница 11 – Ребекка Яррос

Очень хотелось прибраться к приходу Эйвери, но я знал: она тогда со стыда сгорит. Поэтому повел себя, как было заведено еще в первый год нашей дружбы: сделал вид, что все в порядке.

— В Колорадо, значит, едешь? – спросил он, чуть смещаясь, чтобы дотянуться до стоящего на полу пива.

— План такой.

— Нашел работенку получше? – Он сделал большой глоток из бутылки, а я на мгновение задумался, не мешает ли он препараты с алкоголем. Или Эйвери перед уходом благоразумно спрятала лекарства?

— Нет. В Легаси решили возродить пожарный отряд моего отца, но без меня не получится.

— Смотри-ка, какой важный.

Мне захотелось плюнуть на все, послать его к черту и увезти Эйвери от этого человека, который решил, что она ему обязана по гроб жизни. Но я лишь натянуто улыбнулся и сказал:

— Дело в количестве.

Он хмыкнул.

— Что ж, думаю, Эйвери немного расстроится.

— Наверное.

Между нами повисла неловкая тишина, которая, к счастью, вскоре была нарушена звуком открывающейся двери.

— Рив? – донесся снизу голос Эйвери.

— Я здесь.

Она вошла в гостиную: растрепанный хвост на голове, поношенная футболка с «Бисти Бойз».

— Увидела твой пикап во дворе… Все в порядке?

— Зашел вот повидаться с тобой, – ответил ее отец.

— А! – Она перевела взгляд с него на меня, а затем кивнула в сторону двери.

— Приятно было пообщаться, мистер Клэр, – сказал я.

— И мне, Ривер. Удачи в Колорадо, – бросил он, не отрываясь от телевизора и даже не глядя в мою сторону.

Я прошел за Эйвери по коридору и поднялся по лестнице – у меня перед глазами маячили шортики, обтягивающие ее роскошную задницу. Стараясь вести себя прилично, я отвел взгляд, однако теперь он упал на крепкие подтянутые бедра – и я тут же представил, как они обвивают меня за пояс.

Мы пришли в комнату Эйвери, и она закрыла дверь. Я огляделся: тут до сих пор было полно фотографий со старших классов и колледжа.

— Здесь ничего не меняется, – заметил я.

— Моя личная капсула времени, – ответила она и села на кровать.

Я пододвинул стоявший возле стола стул и оседлал его, повернув спинкой вперед, чтобы между нами была хоть какая-то преграда. С тех пор как я понял, что уезжаю, мой самоконтроль в ее присутствии – когда мне постоянно приходилось одергивать себя и сдерживать свою тягу к ней – заметно поиздержался, словно мое влечение осознало, что время на исходе.

— А мне нравится, – сказал я, – ведь это ты.

Она рассмеялась, но не над моими словами, а над собой:

— Не меняющаяся и покрытая пылью.

Терпеть не могу, когда она так делает.

— Надежная и верная.

Наши взгляды встретились. Интересно, она тоже чувствует это напряжение? Если да, почему не говорит?

А с чего бы ей об этом говорить, тупица.

— Я избегала встречи с тобой, – честно призналась она, глядя мне в глаза.

— Я понял.

— Я не знаю, что делать; проще было спрятать голову в песок и ничего не решать.

Она прижала подушку к груди.

— Что делать? Поговори со мной, а я – с тобой. Мы ведь друзья.

— А что будет с нашей дружбой, когда ты уедешь в Колорадо? Знаю, я должна за тебя порадоваться. Это ведь команда твоего отца, и я понимаю, как много для тебя значит ее возрождение. Но когда я думаю о себе… – Эйвери покачала головой.

— Что тогда? Не закрывайся от меня.

— Просто… – Она пожала плечами. – Когда ты купил землю, чтобы построить дом, – это был один из самых счастливых дней в моей жизни.