Книга Любовь со вкусом лета, страница 186 – Сильвия Лайм, Камила Соколова, Анна Рыжак, и др.

Чертов идиот. Полный, беспросветный кретин.

В последний момент он остановил себя, чтобы не добавить: «Прямо на этом столе».

С какой стати он это все сказал? Это прозвучало так двусмысленно, нагло и пошло! Какова вероятность, что она не поняла, на что он намекал?

Рафаэль устало провел рукой по лицу и нехотя заставил себя снова двигаться: вытереть уже сияющий питчер, переложить ложки, расставить стаканы. Любое действие, лишь бы выбросить из головы широко раскрытые от шока глаза и легкий румянец, выступивший на женских щеках.

Эта девчонка сводила его с ума. Она врывалась в его отлаженное пространство, в его железный контроль как вирус, против которого не было антидота. Вчера – в красном платье, от которого перехватывало дыхание. Как прима на подиуме, как звезда, от которой не оторвать взгляда. Сегодня – в растянутом свитере и узких джинсах, настолько облегающих упругие округлости, что в голове вспыхивало разом слишком много неприличных желаний. К примеру, узнать, насколько же ей комфортно в этой нелепой одежде и каковы под ней ее бедра на ощупь.

Единственное, что Рафаэль всегда умел делать безупречно, – держать дистанцию. А теперь терял самообладание.

Чтобы отвлечься, он включил экран компьютера, встроенного в барную панель, машинально листая ленту ВК. Вот только палец сам потянулся к строке поиска.

«Лина…» Он даже не знал ее фамилии. Да и имя явно было неполным.

И все же нашел ее быстро – Котофеич, подключенный к компу, сбросил ее фото как посетительницы, а затем мгновенно идентифицировал его в соцсетях.

Ее звали Алина Нифонтова. Открытый профиль, немного фото. Улыбающаяся, с подругами, за учебниками. Милая. Обычная. Но в его памяти она была как выжженный оттиск по дереву. Уже не стереть и никак не закрасить.

Однако в один момент его взгляд вдруг зацепился за метку на одной из фотографий да там и остался.

Парень. Стоял, обняв ее за плечи. Самодовольно ухмылялся. Щуплый мажорик в нарочито рваных джинсах Philipp Plein, которые стоили как ползарплаты обычного бармена.

Под фото стояла подпись Лины: «С моим котиком <3». И подтвержденная отметка: «Константин Яворов».

Рафаэль фыркнул.

«Котик».

К горлу подкатило непривычное бешенство.

А затем он провалился в кроличью нору, листая профиль этого «котика». Сплошные тачки, селфи в спортзале, посты о «брендовом образе жизни». Ни одной умной мысли, ни намека на собственные достижения. Типичный продукт маминых и папиных инвестиций, возомнивший себя элитой.

И этот… индивид был рядом с ней? Трогал ее за руки, обнимал?

Целовал ее мягкие губы, которые сегодня были так возмущенно сжаты?

Беспричинная яростная злость закипела в крови.

Это не его дело! Совсем не его. Но остановиться он уже не мог.

Через десять минут Рафаэль сидел в своем кабинете на втором этаже кафе, залитом холодным светом мониторов. Пальцы резко, но осторожно били по клавиатуре. «Котофеич» был запущен для решения «архиважной» задачи – найти «грязное белье» на этого сопляка.

Слегка незаконно, но кому какое дело? Об этой темной стороне способностей Котофеича не знал никто. Нейросети, на основе которых и был создан этот голосовой помощник, отработали четко. Нашли все утечки данных: номер телефона, адрес, университет. Штрафы за превышение скорости – десятки. За неправильную парковку – не счесть. А потом Рафаэль наткнулся на кое-что посерьезнее. Замятое дело в полиции. Год назад. Яворов, в стельку пьяный, вломился в магазин нижнего белья поздно вечером, прямо перед закрытием. Не чтобы что-то украсть. Нет. Он требовал, чтобы испуганная продавщица примеряла для него комплекты, пока он не выберет подарок для своей «девочки».