Книга Любовь со вкусом лета, страница 79 – Сильвия Лайм, Камила Соколова, Анна Рыжак, и др.

Кайл появился неожиданно из-за прибрежных кустов, все еще дрожа и фыркая, с растрепанной гривой.

— Кайл… – Я шагнула к нему, чувствуя, как облегчение накрывает с головой. – Ну что ж ты, глупыш, – шептала я, протягивая ладонь.

Он сделал шаг навстречу, ткнулся носом в мое плечо, будто извиняясь. Я обняла его за шею, чувствуя теплое дыхание на своей коже.

— Все хорошо, – прошептала я. – Мы справились.

Мы вместе вывели его обратно на песчаную тропу. Солнце уже клонилось к горизонту, и его последние лучи окрашивали море в розово-золотой цвет. Казалось, все вокруг замирает: и ветер, и шум прибоя, и даже птицы.

Я взглянула на Николаса. Он шел рядом, ведя Орфея, и выглядел таким же усталым, как и я, но его глаза светились спокойствием.

Когда мы подъехали к плацу, зрители уже шумели, обсуждая случившееся. Кто-то хлопал, кто-то выглядел обеспокоенным. Лошади фыркали, а судьи о чем-то спорили у микрофона.

И тут я увидела ее.

Мать Николаса стояла у барьера, элегантная, статная, с безупречной осанкой. Но ее взгляд был холодный, пронизывающий до костей. Он скользнул от Николаса ко мне, затем к нашим переплетенным рукам. В уголках ее губ мелькнуло что-то вроде раздражения.

Я ощутила неприятный укол, будто ледяной ветер прошелся по спине. И мысль, почти безумная, пронеслась в голове: это ведь она могла подстроить все. Змея на плаце появилась слишком внезапно, словно кто-то специально напугал Кайла.

Я поймала себя на этом подозрении и тут же попыталась отогнать его, но взгляд женщины лишь усилил сомнения.

Мы с Николасом спешились, и за спиной я услышала, как судья объявляет результаты.

— Итак, – голос эхом разнесся по плацу, – третье место – Лидия Шэдерс!

Лидия выехала в центр под аплодисменты. Она улыбалась широко, искренне, и я видела, что теперь эта улыбка настоящая. Не ради матери, не ради престижа, а просто от облегчения.

— Второе место – Джойс Харрис!

Я не удержалась и засмеялась, хлопая в ладоши. Джойс сияла, как будто выиграла все золото мира. Она заметила меня и, стоя в стременах, подняла руку вверх.

— И первое место… – Судья сделал паузу, и зрители затаили дыхание. – Мурильо Санилло!

Толпа взорвалась аплодисментами. Мурильо, как всегда безупречный, сдержанно улыбнулся и поклонился. Его лошадь грациозно тряхнула гривой, будто тоже знала, что заслужила этот момент.

Стоя чуть поодаль, глядя на них всех, на сияющую Джойс, на спокойного Мурильо, на расслабленную Лидию, я чувствовала, как внутри поднимается что-то теплое, настоящее.

Я не выиграла турнир. Но, глядя на Николаса рядом, на Кайла, который мирно жевал у моего плеча, и на смеющуюся Джойс, я понимала, что выиграла что-то гораздо важнее кубка.

Я победила страх. Победила себя. И, может быть, впервые по-настоящему почувствовала, что значит заниматься тем, чем ты живешь, просто ради себя, а не ради одобрениях других.

Когда наши с Николасом взгляды встретились, он улыбнулся. Я ответила ему такой же улыбкой, чувствуя, как вечернее солнце тонет в волнах, а вместе с ним все, что было тревогой, болью и сомнениями.

На следующее утро море было особенно тихим. Вчера ночью была прощальная вечеринка и чествование победителей. Мы с Джойс уже на ночь глядя собрали чемоданы и уснули только на рассвете, болтая обо всем, что случилось с нами за эти две недели. Мы обменялись номерами телефонов и обещали держать связь. Я уже предчувствовала, как буду получать от нее смешные мемы каждое утро и наедаться ежевичным мармеладом, который она обещала высылать мне каждый месяц.