Книга Её игра, его правила, страница 3 – Александра Чаранкова

Девушка не планировала ничего на этот вечер, поэтому отправилась прямиком домой. Погода была приятной для начала марта, даже солнце грело, насколько оно могло греть в начале весны. Что же делать дальше? Ответа у Даши не было, но она точно понимала, что сегодня хороший ответ она определённо не придумает, поэтому самое мудрое решение — заняться чем-нибудь расслабляющим, чем-то, что поднимет ей настроение.

Она пришла домой и сразу же начала печь блины. В каждый стрессовый момент Дарина пекла блины. Ей больше нравился сам процесс, чем их поедание. Высокие стопки тоненьких нежных блинцов она приносила на работу и подкармливала коллег. В результате многолетних тренировок, проб и ошибок Даша научилась даже переворачивать блины в воздухе. Это было забавно, она представляла себя шеф-поваром дорогого ресторана. На этот раз девушка приготовила блинный пирог, чтобы будущие бывшие коллеги смогли вкусно позавтракать, а она сама хотя бы избавилась от скисшего молока в холодильнике.

Время близилось к восьми вечера: тот самый час, который надо пережить. Именно в восемь часов вечера каждый день она звонит маме. Не то чтобы Даше в тягость ей звонить, просто именно сегодня она чувствовала, что разговор будет трудным. Дарина, разговаривая с мамой, должна быть готова к опровержению клеветы и к тому, что та знает больше собственной дочери. Это было трудно всегда, а сегодня будет труднее вдвойне. Заложив последний блин, девушка услышала звонок. Телефон, конечно же, оказался в другой комнате.

— Мама, привет! Ты сегодня рано! — Даша старалась звучать бодро, вытирая руки от варенья. Она была очень благодарна тому человеку, который изобрёл громкую связь.

— Это ты придумала звонить в восемь! Я бы хотела, чтобы ты звонила сразу, как только возникает проблема! — мама Дарины, Галина Викторовна, была категорична и строга, как всегда.

— Проблемы нет, всё хорошо, — главная причина, по которой Даша звонила в восемь вечера, была проста: так девушка получала дополнительное время. Все же знают, что сначала прут эмоции, из-за которых можно наворотить кучу дел и наломать немало дров, но если пройдёт время, эмоции улягутся — и вот тогда наступает время для мозгов.

— Как хорошо?! Тебя уволили?! Я говорила тебе, чтобы ты не велась на провокации этой шушеры?! А ты?! Нет, я очень рада, что ты можешь за себя постоять, молодец! На твоём месте я бы поступила точно так же, НО в твоём случае терять работу — плохо!

— Найду другую, — спокойно ответила Дарина. Сбережения у неё есть, на несколько месяцев хватит, уж за месяц она постарается что-то найти.

— Твой оптимизм меня радует, но я не была бы настолько легкомысленной! — Галина Викторовна всегда любила сгущать краски, особенно когда волновалась сама. — Я боюсь, что всё куда хуже, чем кажется!

— Тогда перестань общаться со своей соседкой, вдруг картина окажется менее пессимистичной, — Даша намекнула, что матери пора бы перестать подпитывать свою нервную систему едкими, лживыми и жёлчными беседами с женщиной, живущей по соседству.

— Она тут при чём?! Она же не даёт советы Оле! — складывалось впечатление, что за долгие годы противостояния Галина Викторовна, говоря модно, «подсела» на эти извечные перепалки с соседкой. Давно пора бы уже успокоиться и перестать тешить самолюбие той, попадаясь на провокации. Об этом давно просила семья, но Галина Викторовна никого не слушала. — И вообще, я получаю от неё ценную информацию из первых рук, точную и правдивую!