Книга Босс. 45 – баба ягодка опять, страница 102 – Арина Арская

— Миша... — шепчу я.

А сама понимаю: меня в принципе не пугают его слова.

Я и так это всё знала. Знала и сознательно пошла на отношения с мужчиной, который ещё не отгоревал потерю любимой жены. Именно это горе и было для меня шансом устроить свою жизнь.

Я согласна быть рядом с Михаилом без любви. Без той любви, которой в нём нет. Я согласна на то, чтобы он лепил из меня копию Аллы. Согласна его развлекать и быть той, которую он не любит, но может себе позволить.

Потому что взамен я получу безопасность. Уверенность в завтрашнем дне. Будущее для моих детей. И... и близость с мужчиной, который не вызывает у меня отвращения.

Я совсем не терплю, когда Миша меня обнимает. Когда целует. Близость с ним для меня — не наказание. Я не терплю сквозь зубы его ласки.

Я рядом с ним раскрываюсь как женщина. Когда его сильные руки сжимают мою талию. Когда его губы касаются моей шеи. Когда он тяжело дышит надо мной, и я чувствую себя маленькой, защищённой, нужной.

Если я нужна как суррогат, то я готова на эту роль.

Поэтому я не могу сказать, что вижу в Мише только деньги. Нет. Я действительно вижу в нём моего будущего мужа, с которым я могу прожить хорошую, сытую и счастливую жизнь.

И думаю, что мне будет приятно обнимать Мишу и через двадцать, и через тридцать лет, потому что он и в семьдесят будет мужчиной.

Да, будет больше седины. Больше морщин. Но он всё равно будет мужчиной, который смог обеспечить мне безбедную, хорошую жизнь. Который будет хорошим отцом. Который остаётся мужчиной в каждом своём движении, в каждом взгляде, в каждом жесте.

Это, конечно же, не та любовь, про которую можно написать книгу. Или надрывно спеть песню. Или… прочитать красивое печально стихотворение.

Это не та любовь, которая толкнёт меня на безрассудные поступки. Не та любовь, которая горит в груди вопреки всему. Не та любовь, которая верит в чудеса.

Может быть, я и не способна на подобную любовь.

А может, все эти разговоры о великой любви — на самом деле ложь? Может, женщине важнее всего обеспечить свою безопасность и безопасность будущих детей?

А всё остальное — просто красивые сказки, которые придумали, чтобы продавать романы и снимать кино?

Не зря же столько разводов среди молодых. Вот они влюбляются, с ходят с ума, а потом разводятся. И где любовь?

Михаил отпускает мою руку.

Опять запрокидывает голову. На несколько секунд закрывает глаза.

— И ведь так проще, — шепчет он. — Ведь это именно то, чего я и хотел.

Он глухо смеётся — на грани рыданий.

— Я ведь и не искал любви. И не хотел её. Она у меня уже была.

Пауза. Тишина в гостиной давит на уши.

— Ведь потом... — он резко открывает глаза и смотрит на меня, — потом слишком больно.

Я смотрю и слушаю.

— А без любви не больно. Без любви даже весело.

Он скалится в страшной и неестесственной улыбке.

— Без любви ни о чём не думаешь. Ничего не боишься. Просто живёшь и наслаждаешься.

— Миша...

— А если женщину любишь, — он продолжает буравить меня недобрым взглядом. — Тогда слишком много думаешь. Слишком многого боишься.

Он проводит ладонью по лицу, трёт глаза.

— Если есть любовь — не будет покоя. Вот так вот. Если женщина зацепила — она раскурочит тебя всего. Если не сразу, то потом.

Смотрю на него и понимаю: этой ночью Мишу как раз и раскурочили. Раскурочили его душу и сердце.