Книга Поединок сердец, страница 109 – Тессония Одетт

— Свободных номеров нет, – произносит администратор. – У нас произошло двойное бронирование из-за канцелярской ошибки, и мы можем разместить только тех, кто подтвердил свое бронирование на прошлой неделе. Вы получите возврат средств и ваучер на бесплатные «Луми» в любом заведении города.

— Что такое «Луми»? – спрашиваю я.

Лицо Зейна озаряется довольством, и он отвечает:

— Ты должна попробовать «Луми». Они восхитительны.

Монти проводит рукой по своим светлым волосам, отчего его кудри оказываются в очаровательном беспорядке.

— Можете ли вы перенести наше бронирование в другой отель?

Администратор качает головой.

— Мы не можем гарантировать наличие мест в другом отеле такого же класса. В эти выходные проходит несколько крупных мероприятий, которые привлекли большее количество туристов, чем обычно бывает в это время года.

В моей груди вспыхивает гордость.

— Вы имеете в виду нашу встречу с читателями? Разве это настолько большое событие?

— Я не в курсе насчет встречи с читателями.

— Тур называется «Бьющиеся в унисон сердца».

Уильям наклоняется ко мне с насмешливой ухмылкой, закрывая мне вид на администратора.

— Сомневаюсь, что наш скромный книжный тур достаточно велик, чтобы выделяться на фоне масштабных событий, происходящих в эти выходные. Ты хоть малейшее представление имеешь, какого калибра знаменитые музыканты и актеры здесь выступают?

Я бросаю на него сердитый взгляд, но он, вероятно, прав.

— Твое эго не знает границ, – шепчет он, но в его поддразнивании звучит мягкость, а взгляд задерживается на моем дольше обычного.

Монти уже открывает рот, чтобы снова заговорить, но Зейн похлопывает его по плечу. Тот оборачивается, бросая вопросительный взгляд на фейри с рогами.

— Я обо всем позабочусь, – говорит Зейн. – Я же здесь живу, помните? Вы просто остановитесь у меня.

Как раз в тот момент, когда я думаю, что мы упустили возможность остановиться в самом лучшем месте во всем Луменасе, Зейн заставляет меня взять свои слова обратно. Его многоквартирный дом на несколько этажей выше отеля, а в вестибюле в два раза больше люстр. Стены выкрашены в черный цвет с разноцветными блестками, которые напоминают звездный свет и планетарные туманности. Полы сделаны из оникса, а люстры отбрасывают танцующие блики, и пока мы проходим через вестибюль, мне кажется, будто я иду прямо по ночному небу.

— Снова любовь с первого взгляда? – шепчет Уильям мне на ухо. Он не отходит от меня с тех пор, как мы вышли из отеля и пошли по улицам к дому Зейна. Несколько раз ему приходилось оттаскивать меня от уличных артистов – зрелищ, на которые я, в отличие от северного крыла, могу запросто смотреть без стеснения, – чтобы я не отвлеклась до такой степени, что в итоге потерялась бы.

Я слишком очарована интерьером здания и даже не смотрю на Уильяма.

— Да.

Мы доходим до дальнего конца вестибюля, и я нахожу еще один повод для восхищения. Перед нами предстают три открытые ниши, каждая из которых не меньше отдельной туалетной комнаты. Рядом с ними стоят мускулистый фейри-кентавр, фейри с серой кожей и бочкообразными ногами, а также более человекоподобный фейри с грудью в два раза шире, чем у Уильяма, которая вот-вот лопнет на пуговицах его прекрасного черно-белого костюма. В одну из ниш прямо перед нами заходят трое гостей, серебристая решетка за ними закрывается, а затем и черная раздвижная дверь. Кентавр тянется к большому рычагу и начинает его поворачивать.