Книга Сахарная империя. Цена перемен, страница 201 – Юлия Арниева

— Приходится. Ваш супруг находится где-то в двух комнатах отсюда, а я дорожу и хорошими манерами, и жизнью.

— Граф не настолько кровожаден.

— Тем хуже. С кровожадным человеком по крайней мере сразу знаешь, чего опасаться.

Он сказал это с таким серьезным видом, что я опять улыбнулась. Подбирать следующую тему или заполнять неизбежные светские паузы не приходилось: одна фраза цеплялась за другую сама собой. От сегодняшней музыки мы каким-то образом перешли к театру, от театра — к книгам, а потом к Лондону, где, по мнению Эшворта, невозможно пройти десяти шагов, не встретив человека, которого совершенно не желал видеть.

— Особенно на Бонд-стрит между двумя и четырьмя, — добавил он. — В этот час там, по-моему, собираются исключительно затем, чтобы удостовериться, кто еще не покинул столицу.

— А потом весь вечер обсуждать встреченных.

— И тех, кого не встретили. Последние даже интереснее: отсутствие человека всегда допускает гораздо больше толкований, чем его присутствие.

— Вы говорите так, словно сами этим занимаетесь.

— Я достаточно давно живу в Лондоне, чтобы знать правила, и достаточно плохо воспитан, чтобы временами ими пренебрегать.

— Второе мне пока заметить не удалось.

— Дайте мне время, миледи.

Я посмотрела на него поверх бокала.

— Это предупреждение?

— Просьба не составлять обо мне слишком хорошего мнения прежде срока. Мне будет трудно ему соответствовать.

— Весьма предусмотрительно.

— У человека моего возраста, должно быть, хоть одно достоинство.

От Лондона мы добрались до Норфолка, обладавшего, по мнению Эшворта, прямо противоположным достоинством.

— Там можно проехать десять миль и не встретить никого вообще, — заметил он. — В юности я считал это страшнейшим недостатком графства. Теперь начинаю подозревать, что был к нему несправедлив.

— Значит, вы хорошо знаете Норфолк?

— Не настолько хорошо, как следовало бы. Бывал несколько раз: охота, гости, один совершенно несчастный рождественский визит, во время которого дождь шел девять дней из десяти. Потом как-то не случалось. — Он сделал глоток и добавил с едва заметной улыбкой: — До остановки в Тетфорде.

Я тоже улыбнулась.

— И последнее путешествие, полагаю, окончательно примирило вас с графством?

— Она значительно улучшила мое мнение о постоялых дворах близ Тетфорда.

— Не могу разделить вашего восторга.

— У меня сохранились более приятные воспоминания.

Проговорив это, он тут же поднес бокал к губам, оставив мне самой решать, относились ли эти воспоминания к трактиру или к нашей встрече. Я предпочла не уточнять.

— А вам там нравится? — спросил он.

— Очень.

— Я почему-то так и думал.

— Почему?

Эшворт слегка повел бокалом, глядя, как вино скользнуло по стеклу.

— Потому что вы производите впечатление женщины, которой не слишком требуется толпа, чтобы не скучать.

— Это комплимент?

— Я очень надеялся выдать его за наблюдение.

— Опять не удалось.

— Сегодня мне решительно не везет.

— И все же вы продолжаете.

— Некоторые неудачи располагают к упорству.

Я встретила его взгляд, но лицо Эшворта оставалось совершенно невинным. Только в глазах мелькало веселье, и я начинала подозревать, что именно эта безупречно серьезная манера произносить вещи, которые серьезными не были, и делала его общество таким приятным.