Книга Истинная для бывшего мужа-дракона, страница 59 – Рия Адри

Если он сам согласится.

Очень удобное условие, когда вокруг рушится крыша, бывший жених лежит на полу с чужой душой в груди, а Калиста улыбается так, будто всё ещё держит основную партию.

— Слепок! — сказала я громче.

Виктор поднял голову.

Глаза стали моими прежними. Не цветом — выражением. Усталые, злые, испуганные.

— Не называй меня так.

— Тогда назови себя.

Он замер.

Калиста резко повернулась.

— Молчи.

— Почему? — спросила я, не отводя взгляда от Виктора. — Потому что имя даст ему границу?

Слепок дёрнулся.

Арвен в этот момент ударил третьего мага рукоятью меча в висок. Тот упал у каменной кадки. Первый попытался встать, но Тирн, вышедший из боковой галереи вместе с двумя людьми Рейс, поставил сапог ему на запястье.

— Лежать, — сказал капитан. — Сегодня у всех плохой вечер.

Калиста метнула нож в мою сторону.

Арвен перехватил его огнём на полпути. Металл раскалился и упал на камень чёрной каплей.

— Ещё раз, — сказал он тихо, — и я забуду, что ты нужна живой.

— Ты уже забывал многое, Арвен, — ответила Калиста. — Жену. Честь. Осторожность. Теперь забыл, что за Линой стоит её старое тело.

Она подняла больничный браслет.

На белом пластике вспыхнула линия пульса. Где-то далеко, через закрытый путь Мары, через телефон и кулон, я ощутила палату. Моё прежнее тело дышало. Мама была рядом. Пока связь не открылась полностью, но удар Калисты мог пробить защиту.

Арвен остановился.

Калиста увидела и улыбнулась.

— Вот так. Хороший дракон. Стой, пока я заберу то, что мне нужно.

Она протянула руку к сердечному ключу, закреплённому в переносной храмовой печати.

Но Виктор схватил её за запястье.

— Нет, — прохрипел он. — Ты сказала, Лина вернётся.

Калиста посмотрела на него с раздражением.

— Она и вернётся. В удобном виде.

— Ты хотела отдать её тело этой твари.

Слепок внутри него рванулся наружу, и его голос снова стал моим:

— Я не тварь.

Виктор выгнулся от боли.

Я сделала шаг ближе к границе круга.

— Нет. Ты не тварь. Но ты не я.

Слепок смотрел на меня через чужие глаза.

— А кто?

— Тот, кто появился из моего страха умереть. Из памяти тела. Из желания, чтобы мама не плакала. Ты можешь жить, но не моим именем.

— Без имени меня запрут.

— С именем ты сможешь ждать решения.

— В стекле.

Я вспомнила Элиру в душнике. Её голос из кристалла. Её страх снова стать вещью.

— В сне, — сказала я. — С границей. С защитой суда. Я дам слово при Лаурис, Арвене и Самуиле: тебя не растворят без разбирательства.

Лаурис вышла из боковой галереи с поднятой печатью. На дорожном плаще блестели капли дождя и стеклянная пыль.

— Я подтверждаю. Сонный сосуд будет признан временной защитой образовавшегося сознания до решения Совета.

— Совет убивает, — прошептал слепок.

— Не весь, — ответила Лаурис. — Уже нет.

Калиста ударила Виктора по лицу.

— Хватит слушать. Она врёт, потому что хочет вернуть тело.

Виктор пошатнулся. Из разбитой губы потекла кровь.

И вдруг засмеялся.

Коротко. Больно. Человечески.

— А ты врёшь, потому что никто не выбрал тебя.

Лицо Калисты побелело.

Она ударила его красной печатью в грудь.

Слепок закричал. Виктор тоже. Их голоса смешались, оранжерея вздрогнула, трещины на крыше пошли дальше. Большой осколок сорвался сверху. Арвен поднял руку, серебряное пламя развернулось щитом над кругом. Стекло ударило в огонь и рассыпалось искрами.