Книга Спор на любовь, страница 9 – Рия Адри

Я аккуратно вдохнула.

— Снимите.

Демьян смотрел на знак с таким выражением, будто перед ним лежала не моя рука, а редкий боевой артефакт, который решил сам выбрать владельца.

— Не могу.

Голос спокойный.

Слишком спокойный.

— Тогда остановите подъёмник.

— Уже поздно.

— Почему?

Он поднял взгляд.

— Контур принял маршрут и вывел группу на верхнюю линию. Если остановить сейчас, кабина зависнет между уровнями до прихода технической службы.

Светловолосый адепт за его спиной тихо сказал:

— А техническая служба не любит, когда её зовут в шахту.

Рыжий добавил:

— Особенно из-за ведьмы, которую маршрут Ворона решил присвоить.

Девочки напряглись.

Кира сделала шаг вперёд.

— Следи за языком.

Рыжий посмотрел на неё с интересом.

— А то что?

Я закрыла пальцы на папке.

— Кира.

Она замерла, но не отступила.

Я повернулась к рыжему адепту.

— Насколько я понимаю, вы тоже обучаетесь в этой академии. Значит, должны знать, что обсуждать магический сбой при участнике процедуры в подобном тоне непрофессионально.

Рыжий моргнул.

Марьяна за моей спиной едва слышно втянула воздух. Да, формулировка получилась сухой. Возможно, даже занудной. Зато без крика, угроз и драки в подъёмнике, подвешенном на шести цепях над глубокой шахтой.

Демьян снова посмотрел на меня.

В его взгляде появилось то самое неприятное внимание. Он будто каждый мой ответ складывал куда-то внутрь себя. Не просто слушал — отмечал. Запоминал, где я сдержалась, где выбрала официальный тон, где прикрыла Киру, где не позволила себе сорваться.

— Это не сбой, — сказал он.

Я медленно повернулась к нему.

— Тогда что?

— Отклик.

— На что?

В его взгляде не было суеты. Только расчёт, злость и то тёмное внимание, от которого очень хотелось держать спину ровнее.

— На мою магию.

Вот теперь внутри у меня стало холоднее, чем на нижней станции.

Подъёмник продолжал идти вверх. За стеклом скалы мелькали тёмными полосами, в узких вертикальных просветах вспыхивали молнии. Синий свет внутри кабины ложился на лица девочек, делая их бледнее. Ника смотрела на моё запястье с лекарской тревогой. Сольвей держала чехол так крепко, что Рябинка даже не пыталась выбраться. Таисия молчала, но её янтарный глаз светился странно ярко.

— Объясните, — сказала я.

Демьян снял свой маршрутный браслет.

На внутренней стороне его запястья горел такой же ворон. Только глубже, темнее и старше. Родовой знак. Не временный маршрут. Не учебная отметка. Настоящая печать дома Воронов.

Я смотрела на неё ровно секунду.

Потом снова на свою руку.

— Ваш браслет использует родовую матрицу?

— Да.

— Вы провели группу не обычным маршрутом, а через личный канал рода?

Я перевела взгляд с одного лица на другое, отмечая сжатые губы, напряжённые плечи и слишком ровное дыхание.

— Через старший маршрут.

— Который распознал меня как личную пару.

— Да.

Демьян молчал на долю секунды дольше, чем требовалось. Серые глаза потемнели, и я поняла: ответ он уже просчитал.

— Вы знали, что такое возможно?

— Нет.

Ответ прозвучал без паузы.

Но я уже не была уверена, что верю его спокойствию. Он мог говорить правду. Мог говорить часть правды. Мог сам ещё решать, какую версию назвать правдой после того, как поймёт, чем всё это обернётся.

— Тогда почему вы выглядите не удивлённым, а довольным?