Книга Отданная врагу. Ненужная дочь драконьего рода, страница 101 – Лилия Тимолаева

Эйдар сразу перестал шутить.

— Говорите.

Она подошла к столу, чтобы между ними оставалось расстояние.

— Я слишком долго жила в месте, где от расположения одного мужчины зависело всё. Работа. Деньги. Дом. Даже то, насколько весомым считалось моё имя. Отец мог хвалить меня утром, а вечером решить, что род получит больше пользы, если меня отправить вместо Лисель.

— Я не Орвен.

— Знаю.

— Но?

— Я не хочу однажды обнаружить, что осталась здесь потому, что нравилась вам. Или что боялась сказать вам «нет», потому что за этим стоит моё хозяйство.

Эйдар смотрел на неё без раздражения.

И это неожиданно злило.

Было бы легче спорить, если бы он обиделся.

— Вы думаете, я могу отнять грамоту из-за отказа от поцелуя?

— Нет.

— Тогда почему боитесь?

— Потому что несколько месяцев назад я не думала, что отец подставит моё имя под чужой приказ.

Этого оказалось достаточно.

Эйдар медленно кивнул.

— Понятно.

— Правда?

— Да.

— И вы сейчас не будете объяснять мне, насколько отличаетесь от него?

— А смысл? Слова ничего не докажут.

Ивена не ожидала.

— Тогда что?

— Ничего.

— Ничего?

— Вы хотите расстояния. Получите.

От ответа стало одновременно легче и больнее.

Эйдар подошёл к двери.

— Грамота останется вашей независимо от того, будете вы когда-нибудь ещё меня целовать или нет.

Ивена почувствовала, как щёки нагреваются.

— Можно было сформулировать менее прямо.

— Можно. Но тогда вы нашли бы второе значение.

С этим трудно было спорить.

Он взялся за ручку.

— Эйдар.

— Да?

Ивена хотела сказать, что расстояние не означает отсутствия желания.

Что она всё ещё помнит его губы.

Что именно поэтому ей страшно.

Но в этом не было необходимости.

— Спасибо.

— За что?

— За то, что не спорите.

На его лице появилось знакомое выражение.

— Я спорю с вами постоянно.

— Сейчас нет.

— Сейчас вы просите о вещи, которую имеете право получить без спора.

Он открыл дверь.

— Увидимся на совете.

И вышел.

Ивена осталась одна.

Почему-то после его ухода комната показалась холоднее.

Открытый совет назначили на третий час после полудня.

К этому времени в крепости уже знали о ночном саботаже.

Новости разошлись быстрее, чем Ивена ожидала. Люди из нижнего города пришли ещё до начала заседания. Появились представители Хоррена, двое мастеров, работавших над теплицами, женщины из ночной смены. Брант явился одним из первых и сразу потребовал стул ближе к дверям, потому что «если южане начнут говорить глупости, выйти будет проще».

Заседание перенесли из обычной комнаты совета в большой зал на первом этаже.

Эйдар не занял возвышение.

Его кресло стояло за тем же длинным столом, что и остальные.

Ивена заметила это.

Лисель сидела напротив неё.

Южный секретарь — рядом.

Терена привели под охраной и посадили у дальнего края. Он выглядел измученным и уже не пытался держаться с прежней невозмутимостью.

На столе лежали три документа.

Приказ об уничтожении каравана с поддельной подписью Ивены.

Приказ Терену о саботаже.

И официальное признание самого Терена, записанное Ровеном и подписанное двумя свидетелями.

Ивена смотрела на бумаги и думала, что вся её жизнь последнего месяца удивительно часто помещалась на нескольких листах.

В первый раз бумаги лишили её выбора.

Теперь могли вернуть часть правды.

Эйдар открыл заседание без длинной речи.