Книга Отданная врагу. Ненужная дочь драконьего рода, страница 147 – Лилия Тимолаева

— Что делать?

Ивена посмотрела на неё.

— Ты могла остаться в крепости.

— Могла.

— Отец запретил?

— Очень подробно.

— Тогда понятно.

— Ивена.

Лисель сняла перчатки.

— Я серьёзно. Что делать?

Ивена оглядела её одежду.

— Сначала убери плащ. Здесь будет жарко.

— Потом?

— Пойдёшь к Харрену. Во второй оранжерее люди закрывают северную стену. Он найдёт работу.

Лисель кивнула.

Ни вопроса, достойна ли работа дочери Ардалей.

Ни попытки выбрать что-нибудь полегче.

Просто ушла.

Ивена поймала себя на улыбке.

— Она изменилась, — сказал голос за спиной.

Орвен.

Он стоял в дверях.

Без дорожного плаща, в тёмном камзоле, с тем самым выражением человека, который совершенно не доволен обстоятельствами, но не собирается спорить с погодой.

Ивена повернулась к грядке.

— Да.

— Ты тоже.

— Это мы уже обсуждали.

Отец оглядел оранжерею.

Люди двигались между рядами. По проходу несли доски. У дальнего окна Брант ругал двух рабочих за плохо закреплённый щит. Из нижней камеры поднимался тёплый воздух.

Орвен долго смотрел.

— Что происходит?

— Если мороз продержится до утра, можем потерять урожай.

— Можем?

Ивена услышала старую привычку.

Отец уже оценивал.

Искал слабое место.

В другое время это раздражало бы.

Сегодня ей было всё равно.

— Пока держим.

— Что нужно?

Она удивлённо повернулась.

— Вы предлагаете помощь?

— Я спросил, что нужно.

Ивена задумалась.

Отправить его обратно в крепость было бы приятно.

И глупо.

Сегодня требовались руки.

— Умеете крепить внешние щиты?

Орвен приподнял бровь.

— Нет.

— Тогда к Бранту.

— Кто это?

Старик услышал своё имя.

— Я.

Орвен посмотрел на него.

Брант — на Орвена.

Ивена почти пожалела, что предложила.

— Это мой отец, — сказала она. — Дайте ему работу, которую он не испортит.

Орвен медленно повернул голову.

— Ивена.

— Что?

Брант кашлянул.

— Есть верёвки.

— Прекрасно.

— Их надо скручивать попарно. Тут даже лорд справится.

Орвен несколько секунд смотрел на старика.

Ивена приготовилась вмешаться.

Отец снял перчатки.

— Показывайте.

Она отвернулась, скрывая улыбку.

На сегодня Север совершил уже достаточно чудес.

К полуночи стало по-настоящему страшно.

Холод проникал внутрь, несмотря на все щиты.

В первой оранжерее крайние растения начали опускать листья.

Во второй инеем затянуло нижние углы стекла изнутри.

Третья держалась только благодаря Эйдару.

Ивена снова спустилась к нему.

Он сидел возле центрального камня, обе ладони прижаты к поверхности. На висках выступила влага, рубашка прилипла к спине.

Здесь было жарко.

Наверху — уже недостаточно.

— Хватит, — сказала она.

Эйдар не убрал рук.

— Ещё могу.

— Я не спрашивала.

— Ивена.

Она присела рядом.

Камень под её ладонью был горячим, но терпимым.

— Дальний конец?

Молодой каменщик ответил:

— Теплее, чем час назад.

— Хорошо. Останавливаем на десять минут.

— Нельзя, — сказал Эйдар.

— Можно.

— Наверху мороз.

— А у вас руки дрожат.

Он посмотрел на собственные пальцы, словно только теперь заметил.

— Десять минут ничего не изменят.

— Именно. Камень продолжит отдавать тепло.

— А потом?

— Потом вы вернётесь.

Эйдар убрал ладони.

Ивена выдохнула.

— Воду.

Каменщик подал кружку.

Эйдар выпил.

— Сколько до рассвета?

— Много.

— Очень точный ответ.

— Хотите цифру, спросите Ровена. Он любит плохие новости оформлять аккуратно.