Книга Отданная врагу. Ненужная дочь драконьего рода, страница 47 – Лилия Тимолаева

Он распахнул дверь шире и протиснулся внутрь.

За ним вошли двое рабочих.

Брант подошёл к первой грядке.

Долго смотрел на ростки.

Потом присел и потрогал землю.

— Взошли.

— Я тоже заметила.

Он поднял глаза.

— Все?

— Пока нет. Но достаточно.

На лице старого каменщика появилось выражение, которое Ивена не смогла определить сразу.

Гордость.

И облегчение.

— Значит, вторую секцию начнём сегодня.

— Сегодня вы дадите мне людей поспать.

— Вы же сама говорили, что…

— Брант.

Он усмехнулся.

— После обеда.

— Завтра.

— После обеда.

— Вы хуже Эйдара.

— Эйдар хотя бы платит.

Она рассмеялась.

И только тогда заметила Ровена.

Он стоял в дверях.

В отличие от остальных, не улыбался.

В руке у него был конверт.

Белая плотная бумага с красной печатью дома Ардалей.

Радость исчезла сразу.

Ивена узнала герб даже с нескольких шагов.

В груди неприятно сжалось.

Эйдар тоже заметил письмо.

Он подошёл ближе, но ничего не спросил.

Ровен вошёл в оранжерею, стряхнул снег с плеч и протянул конверт Ивене.

— Леди Ардаль. Это от вашего отца.

Она не сразу взяла письмо.

На лицевой стороне стояло её имя.

Почерк Орвена.

Под ним, крупнее обычного, была сделана приписка:

«Передать лично. Ответ требуется немедленно».

Глава 5. Отец всё ещё приказывает

Красная печать треснула под большим пальцем Ивены.

Она почувствовала, как рядом прекратились разговоры. Брант больше не спорил о том, когда начинать вторую секцию, рабочие отвернулись к грядкам, Ровен отошёл от двери, давая ей хотя бы видимость уединения. Эйдар остался в нескольких шагах и тоже ничего не спросил.

Ивена развернула лист.

Почерк отца она узнала сразу. Орвен всегда писал ровно, с одинаковым нажимом, словно даже перо обязано было соблюдать установленный им порядок.

«Ивена.

Получил сведения о твоём прибытии и о том, что Торвальд допустил тебя к восстановлению северного хозяйства».

Ни приветствия.

Ни вопроса о дороге.

Ни единой строчки о том, как она устроилась в крепости, пережила ли закрытие перевала, хватает ли ей тёплых вещей.

Ивена читала дальше.

«Твоё положение даёт дому Ардалей возможность лучше понимать состояние северных владений. Вместе с ближайшим ответом пришли копии чертежей новой системы обогрева, которую ты создаёшь. Укажи количество действующих теплиц, реальный объём зимних запасов, число хозяйств, способных пережить закрытие перевалов без южных поставок, а также объём стекла, древесины и зерна на складах Торвальда».

Пальцы Ивены крепче сжали бумагу.

Вот, значит, зачем отец написал.

Она дошла до следующего абзаца.

«Особенно важны сведения о том, насколько Север зависит от внешней торговли. Если Торвальд сумеет восстановить собственное хозяйство, условия весенних переговоров изменятся. Дом должен знать об этом заранее.

Ты много лет вела наши земли и умеешь отделять важные сведения от второстепенных. Используй это умение сейчас.

Не позволяй недавнему семейному разногласию мешать твоим обязанностям».

Ивена перечитала последние слова.

Семейному разногласию.

Так отец назвал день, когда подтвердил чужим людям поддельную подпись собственной дочери и отправил её выплачивать долг за поступок Лисель.

Обычная размолвка.

Неприятный разговор за семейным столом.

Пустяковая обида, которую разумная старшая дочь обязана отложить ради интересов рода.