Книга Обманутая жена. Продана генералу дракону, страница 73 – Александра Мауль

— Ты не пара ему. Связи между вами нет. Почему тогда утверждаешь обратное?

— Я сказала, замолчи! — строго произносит Талия — Я говорю тебе то, что озвучил Геральт, а остальное тебя не касается. Что ты себе позволяешь, если она пожалуется на тебя…

Талия не успевает договорить, потому что дверь распахивается с такой силой, что ударяется о стену и в комнате появляется мой истинный. Эйда немедленно соскакивает и низко опускает голову. Сжимается и делает шаг вперёд.

— Ч-что ты с ним сделал? — спрашивает она, не поднимая головы, но Геральт не отвечает. Осматривает её какое-то время, разрезая тищину частыми рванными вдохами. Его ярость медленно заполняет комнату, повисая вокруг плотным обжигающим туманом.

— Посмотри на меня — наконец произносит он, и Эйда медленно поднимает голову. Взгляд его тут же останавливается на щеке, очевидно, что и ему показалось, будто это ссадина. Наблюдаю за тем, как Геральт протягивает руку и небрежно касается её щеки, чтобы проверить — О чём ты думала, глупая женщина, когда собиралась покинуть чистое и защищенное место? Захотелось стать оружием против меня в руках бесчестных драконов? Тот, кому ты доверилась находился здесь, чтобы тебя забрать. И отвёз бы он тебя не в сказочное королевство. Ты носишь в себе драконью кровь сильнейшего рода Эльмор, Эйда. Он будет наказан сразу после того, как расскажет кому тебя собирались отдать.

— Это не правда. Он ничего про меня не знает. И я не сказала ему. Ты заставил его так сказать. Что ты с ним сделал? — повторяет и Геральт недовольно хмыкает

— Ты о себе беспокойся, а не о нём.

— А что мне о себе беспокоится? — едва слышно произносит она, но несмотря на то, что звучит тихо, голос её тверд — Ты держишь меня здесь, чтобы однажды отдать одному из себеподобных. Таких же богатых, черствых и жестоких драконов, чтобы преумножить свои территории и своё влияние.

Сжимает кулаки и снова опускает голову.

А мне вдруг становится горько. Горько оттого, что Геральт ничего не делает и не говорит для того, чтобы изменить мнение своей сестры.

Ведь он заботится о ней. По-своему.

— Запри её в комнате, и если выкинет ещё что-то подобное, я вмешаюсь и тогда, — он наклоняется так, чтобы заглянуть в лицо сестре — Ты покинешь этот замечательный дом, как того отчаянно желаешь.

А затем делает шаг назад, разворачивается и впивается в меня взглядом. Я тоже поднимаюсь подобно Эйде, но не опускаю голову.

— За что Боги так возненавидели меня, что послали мне сразу двух женщин, которые изо дня в день испытывают мое терпение вместо того, чтобы спокойно делать то, что им говорят? Идём, Александра. У нас ещё есть дела — протягивает мне руку, и я вкладываю в неё свою.

— Почему ты ничего не сделал, чтобы её переубедить? — спрашиваю я, когда мы с Геральтом покидаем дом.

Спешно покидаем.

Геральт суетливо набрасывает мне на плечи плащ, который служанка подаёт ему, и, схватив за руку, тянет вверх по улице.

Ночь уже плотно опустилась на городок, а вот погода не стала лучше.

Ветер треплет волосы, а мелкий дождь неприятно колет лицо и шею.

— Что именно я должен был сделать? — спрашивает Геральт. Сильнее прижимает к себе, потому что я поскальзываюсь, когда мы переходим дорогу — Разве она неверно сказала? Всё именно так: однажды она станет женой того дракона, которого я для неё выберу.