Книга Хозяйка гиблого поместья драконов, страница 47 – Лилия Тимолаева

Снаружи наступила короткая пауза.

— Милорд, сад…

— Приказ ясен.

— Да, милорд.

Дверь закрылась.

Лада перевела взгляд на Брама.

— Вы проследите. И по дороге посмотрите, нет ли новых следов у стены. Но за пределы ворот не выходите, если дом не пустит.

Брам кивнул. На этот раз без спора. Словно за ночь и утро успел привыкнуть: новая хозяйка может ошибаться, но не мечется вслепую.

— Хенна, в кухню. Всё, что связано с очагом, достать, почистить, поставить на место. Ниссу ко мне. Дети пусть остаются в восточном крыле, но без паники. Им надо что-то делать руками, иначе они начнут слушать сад. Дайте им тряпки, воду, пусть протирают окна, складывают одеяла, перебирают посуду — всё равно что, лишь бы вместе и под присмотром.

— Вы хотите заставить детей работать, когда сад зовёт их голосами? — спросил Аркт.

Лада посмотрела на него.

— Я хочу дать им ощущение, что они не добыча, а часть дома. Это разные вещи.

Наместник замолчал.

Хенна чуть склонила голову и ушла к кухонному коридору. Брам направился к двери. Дом нехотя выпустил его через боковой проход, но перед этим золотая линия пробежала по косяку, словно предупреждая: далеко не уходить.

В холле остались Лада, Аркт и Севар.

И сердце оранжереи в её руках.

— А вы, — сказала Лада, глядя на Севара, — объясните мне дорогу к мастерским и что там искать.

— Железо старого дома.

— Отлично. Как оно выглядит?

— Если увидите — поймёте.

Лада закрыла глаза на одно мгновение.

— Лорд Эйрен, я понимаю, что загадочность, вероятно, входит в воспитание старых родов, но у нас до заката. Мне нужны не красивые туманные фразы, а понятные указания.

Севар смотрел на неё долго. Потом уголок его губ дрогнул.

— В мастерских есть центральная наковальня. Под ней — клеймо дома. Если очаг ещё признаёт вас, железо откликнется.

— Вот. Уже лучше. Что нужно сделать?

— Положить руку на клеймо и назвать дом живым.

— И всё?

— Если дом согласится — всё. Если нет, мастерские закроются.

— Насколько закроются?

— Навсегда или до следующей хозяйки.

— Обнадёживает.

Аркт сухо сказал:

— Я пойду с вами.

— Нет.

— Это не просьба.

— А это не прогулка. Вы пришли забрать сердце и снести дом. Если я поведу вас к старому железу, мастерские решат, что я совсем плохо выбираю спутников.

— Без меня сад может ударить раньше, чем вы дойдёте до оранжереи.

— До оранжереи пойдёте. В мастерские — нет.

Аркт посмотрел на Севара.

— Она всегда так распоряжается тем, чего не знает?

— С первого вечера, — ответил тот. — Дом почему-то терпит.

— Дом терпит многое перед разрывом.

— А люди — перед тем, как начать действовать, — сказала Лада. — Лорд Аркт, ваша задача сейчас — не мешать. Это тоже действие, иногда очень полезное.

Она не стала ждать ответа.

Кухня встретила её теплом, запахом дыма, влажного дерева и тревожной суетой. Хенна уже командовала так, будто всю жизнь ждала возможности снова делать это вслух: Ниссе велела принести чистые тряпки, Савине — проверить кружки и миски, Рисе — не спорить и держать младших подальше от окон. Дети, конечно, были напуганы. Девочка с куклой вздрагивала от каждого далёкого звука сада, Тави сидел бледный, сжав ладони на коленях, а худой мальчик в чужой жилетке всё время косился к двери. Но они не прятались.

Они были в доме.

У огня.

И это уже было началом.