Книга Хозяйка гиблого поместья драконов, страница 87 – Лилия Тимолаева

— То есть нам надо три дня нормальной кухни?

— Нормальной — для живого дома. Огонь не должен гаснуть, никто из признанных не должен остаться голодным, и у очага нельзя лгать.

Риса сразу с подозрением посмотрела на всех взрослых.

— Вообще нельзя?

— У очага — нельзя, — сказала Хенна.

Лада медленно перевела взгляд на Севара.

Он выдержал её взгляд.

— Я понял.

— Очень надеюсь.

— Железный круг, — продолжила она. — Мастерские?

Севар кивнул.

— Работа железа. Не защита в бою, а созидание. Нужно не только отбиться цепями. Нужно что-то сделать руками для дома: укрепить стену, починить дверь, вернуть воротам цепь. Железо должно служить жизни, а не страху.

— Это хотя бы понятно. Садовый — оранжерея?

— Да, — сказала Савина. — Там нужна живая ветвь. Но не одна. Садовый круг закрывается, когда оранжерея перестаёт только защищаться и начинает расти.

— Значит, земля, семена, стекло, тепло, вода, руки.

— И дети, — тихо сказала Нисса.

Лада напряглась.

— В каком смысле?

Девочка быстро подняла глаза.

— Не так. Не чтобы отдавать. Просто раньше дети помогали в оранжерее. Риса рассказывала. Там были грядки, маленькие деревья, ящики. Если дети сами посадят что-то и дом примет, сад не сможет сказать, что он зовёт их потому, что они ничьи.

Лада посмотрела на Рису.

Та смутилась и сразу стала колючей.

— Что? Я помню. Мы там жили.

— Это хорошая мысль.

Риса моргнула.

— Правда?

— Да. Завтра обсудим, что можно посадить в почти мёртвой оранжерее без риска быть съеденными садом.

— Желательно не нас, — буркнул Марек.

— Именно.

Кухня снова чуть ожила.

— Водный круг, — сказала Лада. — Колодец?

Брам ответил:

— Колодец, Чёрный ручей и старый водосбор под северной стеной. Если вода в доме станет чистой и пойдёт по каналам, круг проснётся.

— Каналы есть?

Хенна вздохнула.

— Были.

— Прекрасно. Ещё один список.

— Кровный круг, — сказал Севар, и кухня сразу стала тише. — Это род Эйренов. Он повреждён.

— Потому что вы последний?

— Потому что я последний живой в доме.

— А Эйра?

Он опустил взгляд.

— Эйра под фундаментом. Между домом и сном Аэргорна. Это не жизнь, которую можно вписать в круг.

Лада не стала спорить. Не сейчас.

— Кровный круг требует крови?

— Нет, — сказал он резко.

Хорошо. Очень хорошо, что резко.

— Тогда чего?

— Признания. Род должен признать не власть над домом, а службу дому. Я должен отказаться от права быть единственным голосом Эйрена.

Лада поняла.

Связь между ними стала теплее и печальнее.

— То есть вы должны не просто встать рядом со мной при врагах. Вы должны признать это перед домом.

— И перед Севером.

Хенна тихо сказала:

— Это будет тяжелее боя.

Севар смотрел в очаг.

— Знаю.

Лада не стала говорить, что он справится. Она не знала. И пустые ободрения в этом доме звучали бы фальшиво. Вместо этого она сказала:

— Когда придёт время, я не позволю вам превратить это в самоуничтожение. Предупреждаю заранее.

Он посмотрел на неё.

— Я уже почти ждал этой угрозы.

— Привыкайте.

— Остался зимний круг, — напомнила Савина.

После этих слов даже очаг стал тише.

— Что с ним? — спросила Лада.

Никто не ответил сразу.

Потом Хенна сказала:

— Зимний круг закрывали последним. Когда все остальные держались. Он означает, что дом готов встретить северную зиму не как развалина, а как убежище.

— То есть к зиме нужно привести поместье в пригодное состояние?