Книга Сердце стаи, страница 323 – Мариана Запата

— Прекрати. – Генри-дразнила, наверное, когда-нибудь прикончит меня.

Он подмигнул и отогнул большой палец.

— Мне нравится твое лицо. Больше, чем любое другое лицо, которое я видел в жизни. – Внимательно глядя на меня, он предплечьем вернул меня в сидячее положение. – Ты просто нравишься мне, Нина. Я люблю тебя. Все в тебе. То, как ты общаешься с детьми. Как ты сделаешь все что угодно ради Данкана. Как ты терпелива с Агнес. Маргарет рассказала мне, как ты была добра к ней, хотя я-то знаю, как с ней бывает трудно.

Как будто всего, что он сказал до этого, было недостаточно, чтобы сразить все остатки сопротивления в моем теле. То, что он произнес дальше, заарканило мое сердце, душу и все остальное.

— Ты все, что я когда-либо хотел видеть в своей жене, и я даже не знал, что это, пока ты не укусила меня за ногу.

Мое тело не понимало, что ему делать. Я даже не была уверена, что смогла бы разинуть рот. И тем не менее через миг я каким-то образом слабым голосом сумела ответить:

— Ты меня любишь?

Он так медленно кивнул головой:

— Я люблю тебя.

Из моих легких вылетел весь воздух.

— Ну, ты уже знаешь, что я чувствую к тебе, и не раз подчеркивал это. А насчет всего, что ты сказал? Я много раз думала то же самое. – Я крепче вцепилась в его плечи, его мускулы под моими пальцами были такими твердыми. – Но… мне нужно сказать тебе, что Данкан все еще не встретился с людьми с Аляски, которые могут быть похожими на него. Если они пригласят его к себе, и он решит уехать, попросив меня поехать с ним… Не думаю, что я смогу отказать ему. И это не потому, что я без ума от тебя, ведь это так, а потому…

Гора Генри Блэкрок крепко прижал меня к себе.

— Я знаю. Он твой сын. Ты не была бы тем человеком, которым я тебя знаю, откажись ты. – Генри приложил мою голову под свой подбородок, обняв меня так крепко, что мне захотелось остаться там навсегда. – Я уже размышлял об этом.

Я надеялась, что это было к добру.

К счастью, он не стал ждать, чтобы поведать мне, к какому выводу пришел.

— Эта земля всегда будет моей. Я никогда не передам ее никому другому, после всей этой фигни с Домом это стало ясно. Но это не значит, что я не мог бы никуда уехать. Не значит, что мы не могли бы однажды вернуться, если дойдет до этого.

Он сказал «мы».

— Что, черт возьми, ты сейчас говоришь такое? – пробормотала я в его рубашку, в равной степени испытывая ошеломление, благоговение и неверие своим ушам.

— Они выживут без меня. Они уже так делали, – спокойно ответил Генри без намека на сомнение или печаль из-за озвученной им идеи. – Как бы я ни любил эту землю, не думаю, что она смогла бы удержать меня вдали от тебя.

Я еще сильнее прижалась лицом к его рубашке, вдыхая аромат дождя и кедра, в котором был весь он.

— Я возненавидел бы ее, если бы ты уехала. Если бы я почувствовал, что заперт здесь. Я и так испытал немало досады, когда захотел делать то, что хочу, а меня все время отвлекали вещи, которые больше не должны входить в мои обязанности.

Мне не хотелось этого делать, но я медленно подняла голову и посмотрела в его глаза.

— Ты готов уехать отсюда? Ради меня и Данкана?

В его глазах и на его лице не было ничего, кроме неистовой решимости.

— Ради вас двоих – да. – Он помолчал. – Но нам пришлось бы позвать с собой и Агнес. – Его кадык поднялся и опустился. – Не знаю, в курсе ли ты, но Дом, вероятно, свалил. Никто, даже его дядя, не видел его уже неделю.