Книга Сердце стаи, страница 75 – Мариана Запата

Это все еще не убедило Данкана, и я, встретившись взглядом со светлыми глазами Генри, подняла брови, не зная, что еще можно сделать, чтобы показать Данкану, что рядом с ним мы в безопасности. Он никогда не вел себя так оборонительно… не считая тех двух раз.

Но Генри, похоже, знал, что делать, судя по тому, как он жестом попросил меня придвинуться ближе.

Я подползла, пока мое колено не уперлось в его бедро. Генри раскрыл руки и через долю секунды обхватил меня ими. Он прижал меня к себе. А потом плавным движением ладони другой руки уложил мое лицо в ложбинку между плечом и шеей.

До меня дошло. Он демонстрировал Данкану, что доверял мне настолько, что был готов оказаться в столь близком и уязвимом положении рядом со мной. Подобное мог проделать родитель с ребенком или, например, члены семьи или близкие друзья. Я была почтена и при этом еще сильнее удивлена.

За это я почти простила его за ту фигню с испытательным сроком.

— Друзья, – объявил Генри.

— Друзья, – согласилась я самым жизнерадостным голосом, на какой была способна. При этом все это время одна из моих рук была зажата между нашими телами, пока он обнимал меня.

Да я была готова залезть к нему на колени, позволь он мне.

Прекращай, Нина.

Неужели мне настолько туго, что от объятия почти незнакомого человека, который оказался симпатичным и моего любимого телосложения, я превратилась в извращенку? Моим гормонам нужно немедленно завязывать с этой ерундой.

Мне следовало помнить, что все здесь, скорее всего, обладали исключительным чутьем. Я расслабилась, живя среди обычных людей так долго. Было приятно иметь тайны и не быть уязвимой и честной все время.

К тому же Сиенна уже уловила мое влечение к нему сегодня.

Если бы я вдруг начала вести себя странно сейчас, все могли неправильно меня понять. Плюс я умерла бы от стыда, выкинь мое тело что-нибудь, что не следовало, рядом с не просто человеком, которого я едва знала, а с родственником моего лучшего друга. Того, кто мог оказаться моим соседом, если бы все сложилось в мою пользу.

Я понадеялась, что он не использовал свой нюх сейчас. В конце концов, волки же не расхаживали целыми днями, нюхая все подряд изо дня в день. Я доподлинно знала, что Мэтти использовал свой нюх, только когда находился дома или в ситуациях, когда он не был уверен в других людях и хотел прощупать их.

К счастью, нос Генри, кажется, не работал во внеурочное время, и спустя миг кузен Мэтти откинулся на пятки, не спуская глаз с Данкана, пока его рука тянулась к моему лицу.

Он еще не закончил с доказательством своей позиции и, по всей видимости, хотел продемонстрировать, что мне тоже было комфортно рядом с ним.

Генри приподнял мой подбородок – а я, словно кукла, позволила ему это, – и, не тратя времени даром, прижался лбом к моей шее. Его движения были медленными. Изменив угол, его нос прочертил линию по стороне шеи прямо за моим ухом. Наконец-то обнюхивая меня, судя по мягким толчкам дыхания, касавшимся моей кожи вслед за его носом… и изо рта…

Если до этого он не использовал свой нюх, то делал это сейчас.

Мне нельзя было покрываться мурашками. Никак нельзя. Это была абсолютно типичная вещь для оборотней. Именно это я предлагала ему сделать несколько часов назад, когда он отказался. Вроде как. Я не была уверена, что раньше, делая это, кто-либо обнимал меня рукой. И уж никто не делал этого так медленно.