Книга Последнее слово шамана, страница 43 – Иван Цуприков

Второе, что заставило Михаила задуматься, Виктор вчера говорил ему, что здесь, в этой избе, в этом году он еще не появлялся. А откуда же у дробилки образовалась куча кедровой шелухи? И он навряд ли занимался шелушением шишек, так как они по дороге ни одной из них не подобрали. Значит, здесь еще кто-то недавно жил, собирал орехи, ягоду у реки. И зачем Муравьев тогда врет, что в избе все осталось на том же месте, как в прошлом году он здесь все оставил. Август только закончился, время сбора кедровой шишки.

«И вообще, зачем он меня постоянно обманывает? Цену себе набивает, что ли? – с обидой думал Михаил. – Удивительный человек, а зачем ему это? А-а, может, он пытается психологически воздействовать на меня, чтобы я жил в постоянном испуге и думал о чем-то другом, забыв о своей инвалидности? Может быть. Хм, но я и так постоянно думаю, вот только сказать, о чем думаю, пока не могу. А жаль, столько вопросов накопилось, которые хочется задать Муравьеву. Стой, стой, нужно тренироваться говорить…»

Что-то громко зашумело, будто дерево упало. Михаил вздрогнул, всматриваясь в темноту леса, и, хватаясь за забор, быстро пошел в избу за ружьем.

— Что произошло? – спросил у Михаила Виктор.

— Та, та, ух-ло-то. Нат, у-уло.

— Треснуло или ухнуло? – переспросил у Михаила Муравьев.

— Енло.

— Треснуло. Этого еще не хватало, – соскочил с нар Виктор и, натягивая на ноги ботинки, взяв ружье, вышел из избы вслед за Михаилом.

Еловый лес по звукам не сравнить с сосновым. В бору хоть деревьев не так и много, как в еловом, а звуков полно. А вот в еловом не так, звук бьется о косматые ветки, как бабочка в закрытом бутыле, и успокаивается, не расходясь далеко.

— Может, дерево упало? – вслушиваясь в ночь, прошептал Виктор.

— Да, да, – выпалил Михаил.

— А где?

— Та, та, – махнул рукой за избу.

— Хм, под берегом на обрыве две елки наклонены были, видел? Они?

— Нат, нат, – замахал головой Михаил. – Шам, у-у-у. – Й-шу-у-ум.

— Молодец. Если шум был, то, значит, падая, дерево о другие деревья цеплялось?

— Та-а.

— Еще темно, Миша, мы сейчас с тобой в лесу слепые. Если медведь рядом, то он нас будет хорошо видеть и подберется, не услышишь, позавтракает нами. Пошли назад. – И, приоткрыв дверь, пропустил в избу Михаила. – Давай лучше поспи, еще часа два у нас с тобой есть до рассвета.

Усевшись на скамью, Михаил зашипел:

— Шушшка.

— Шишка? – переспросил Виктор.

— Тама.

— Шишка. Хочешь шишки поесть? Утром соберешь, там есть небольшой кедровник, у болотца.

— Н-нат. – И, вращая рукой, повторил: – Шушшка.

— Да, там я ее молю. И что, Мишенька? – Виктор никак не мог понять, что ему хочет сказать Степнов.

— Утро.

— Вот и правильно, Мишенька. Если ты хочешь шишки, то обязательно найдем время, чтобы заготовить ее на зиму. Спи, – сказал Виктор и вставил затвор в дверь, – и не забудь про повязку и подушку.

Блики огня из печи заиграли на потолке избы. Следя за ними, Михаил задумался.

«Как здесь прост мир. В лесу, чтобы выжить, нужно создать несколько условий: построить дом или землянку, и обязательно с печкой, иметь оружие, удочку, топор или пилу и теплую одежду. Все зависит от того, будешь ли ты сыт, будет ли у тебя тепло и будет ли у тебя защита от хищных животных. Где проще жить, здесь или в городе?