Книга Под крылом чёрного ворона, страница 52 – Иван Цуприков

— Кузнец и его дочери, выкупил их у остяков. – И раскрыл перед ним пальцы на обеих руках, а потом еще раз, и еще.

Задумался Родомир, подошел к громиле и спросил:

— Кузнец?

— Да, – кивнул бородой мужчина.

— Пойдешь со мной? Дома построим, жить будем, железо есть, ковать его будем, менять будем.

— Да, – сразу же грохнул своим громом голосом кузнец».

Перелистав еще несколько страниц, Михаил выбрал самый короткий абзац.

«…Топор с легкостью идет по всей длине кедрового ствола, оставляя после себя ровную линию. И, наблюдая за силищей Илии-кузнеца, Родомир, забыв о работе, открыв рот, идет за ним, не сводя глаз с топора. А кузнецу нет дела до любопытства Родомира: срубив толстый сук, снова повел острием топора по бревну. И снова пошли завитушки древесные, сыплющиеся на землю, которые тут же подбирают дочери кузнеца и складывают в углу сруба».

Открыв предпоследнюю страницу, заглянул в середину листа.

«И заиграл звездный камень в ладони Илии, и поднял он его над собой, и сказал Родомиру:

— Золотой камень это от золотой горы, богатство несметное. Завалим его лесом, чтобы вражья сила сюда не пришла, землей с дерном засыплем, а то учует остяк богатство это, пустит песню, услышит ее Пелым, смерть нам придет. А назовем это место Большой Вой…»

Михаил закрыл ежедневник и, вытерев пот со лба, посмотрел на приоткрытую дверь, из которой выглядывало лицо Веры Федоровны.

— Во-от, Михаил Михайлович. Так и Инга Сергеевна, пока не прочла всю книгу, с места не сошла.

— А сами-то читали ее?

— Конечно! – почему-то с возмущением вскрикнула Вера Федоровна и, приблизившись к Михаилу, прошептала: – Это же он о кладе написал, который у него есть. А вы слышали, что Виктор Викторович на то золото, – ткнув своим тонким пальцем в ежедневник, – в Москве построил дом рядом с Красной площадью и уезжает туда.

— Кто это вам сказал? – удивился Михаил.

— Так люди говорят. Инга Сергеевна – тоже. Куда же он опять делся?

— Может, за этим золотом пошел? – поинтересовался Михаил.

— Так как так он мог? За ним люди следят, идут, а ночью он прячется, и больше его никто не видит, – махая указательным пальцем перед носом Михаила, шепчет Вера Федоровна.

— Так вы же только что говорили, что он в Москву уезжает?

— А почему тогда они его рюкзак с одежкой, в которую был одет, находят? Видно, там был костюм!

— Ладно, – хотел было закончить разговор с пожилой женщиной Михаил.

Но та, ухватив за локоть Филиппова, продолжила:

— Так там рядом железная дорога из поселка Агириша идет. Там и поезд останавливается на несколько минут, вот Виктор Викторович в него прыгает и едет в Москву. Там у него молодая невеста.

— Погодите, погодите, – хотел было снова остановить женщину Михаил и объяснить, почему там поезд больше не останавливается, но тут же одумался и замолчал. Да, когда-то там, у ручья или реки Большого Воя, в советские времена находилась база леспромхоза – верхний склад. Там складировали лес, вырубленный летом, а зимой, когда болота замерзали, – вывозили его. Поэтому там и останавливался поезд, чтобы дать людям выйти на этой таежной станции, на которой даже не было ни одного строения.

— Ну и пусть в Москву едет этот богач-фантазер. А мне и здесь хорошо живется, и вам тоже, правда, Вера Федоровна?

Уборщица, не сводя глаз с журналиста, тут же закивала головой.