Книга Под крылом чёрного ворона, страница 54 – Иван Цуприков

Она лезла из этой толстой темно-бордовой трубки, как серый древесный уголь, ломаясь на куски. И только через несколько минут каменный сор стал мягким, вязким, как застывающая смола, липнущая к стенкам сосуда. «Разрезав» трубку, Михаил стал разогревать ее изнутри, до каления, и смола отстала от стенок трубки. Скрепив стенки сосуда заново, Михаил «открыл кран», и кровь сильными потоками пошла по очищенной трубке в насос, напоминающий сердечную мышцу. И сердце заработало быстрее и быстрее, втягивая в себя кровь и выталкивая ее назад.

— Ой, спасибо тебе, Мишенька.

Но Филиппов не слышал слов Воробьева, а продолжал заниматься своим делом. «Закрыв кран» другого сосуда, «распорол» его ногтем и «выпотрошил». Сыпался из него тот же слежавшийся «древесный уголь». Теперь все получилось у него быстрее. Склеив сосуд, Михаил вытер пот со лба и только сейчас заметил, что в комнате кроме отца стояла и гувернантка, наблюдавшая за действиями гостя.

— Спасибо тебе, Мишенька, – громко прошептал старик, – как заново родился. Фу-у, Марья, принеси мне ту бутылку коньяка, что с Кубани мне в прошлом году Гошка привез.

— Так она тяжелая больно, – наморщилась гувернантка.

— Тогда кати ее, Мишенька молод, дотащит до дому, там литров пять.

Бутылка коньяка оказалась бочонком, литров на десять.

— Он настоящий, – продолжая улыбаться, сказал дед, – коньяк двадцатипятилетней выдержки.

— О-о-о!

Михаил достал из нагрудного кармана рубашки Витькины закладки и протянул их Виктору Николаевичу. А тот, посмотрев на них, ухмыльнулся:

— Марья, принеси воды холодной. – И, дождавшись, пока она выйдет из спальни, шепнул: – Это путь-дорожка. Как и сколько куда идти. Я это от него как-то слушал, он мне даже несколько раз переводил свои каракули. Ну, например, от реки два часа идти на север, это читается так, по первой буковке и циферке. Например, «от излучины реки, где сосна вывернута, два часа идти на север», это у него написано так «О Изн Р, ссн вы-та, потом цифра 2 чс на свр» и полоска со стрелочкой. Точка. Потом снова, если нужно куда-то свернуть и куда-то идти, также пишет. Восток у него пишется как «встк», «юг», как «гю», а запад – «дпз». Вот такая у него хитрость. Хотя, Мишенька, мне кажется, что он это пишет так, для меня, если вдруг пропадет, то думает, что я его по этой подсказке найду. Навряд ли. Если что, то я лучше к тебе обращусь и к другу его тому мелкому, медвежатнику.

— Чижу Володе?

— Да, да. Именно к нему, ведь это он у него поводырь в лесу.

Михаил с удивлением посмотрел на Виктора Николаевича.

— Да, Мишенька, они уже много лет как ходят вместе. Только в разное время, чтобы никто не догадался. И хитрый Витька такой, то к Чижу, то к еще кому. Ну, как там его, Толик, такой худючий.

— Саранча?

— Во, во, во. А потом, когда Витька уходит, через какое-то время только Чиж пропадает, в лес уходит.

— И все-то вы знаете.

— Так я отец, мне бы еще не знать. Да и денег Витька просит, а у жены – никогда. Что-то между ними произошло, не пойму, с самого первого дня, как женились. Ладно. Марья! – крикнул гувернантку Виктор Николаевич. – Накрывай ужин, чай готовь мой любимый, мятный с сырниками! А Михаилу водочки с мясом да с белыми грибочками маринованными. Он молод, ему все можно, я хоть позавидую. – И во весь рот улыбнулся гостю.