Книга Крушение Турмфальке, страница 15 – Сергей Трифонов

Справедливость восторжествовала. Как сказал епископ Зенгер, дьявольская сила была укрощена боголюбивым баварским народом в Мюнхене, оплоте германского католичества.

После освобождения Мюнхена от красных и падения Советов начались мирные будни. Однако по Версальскому договору Германии запрещалось иметь собственные военно-воздушные силы. В один солнечный январский день 1921 года французы явились к нам на аэродром и сожгли все самолёты за исключением восьми. По четыре машины они передали в распоряжение созданных гражданских баварских авиакомпаний «Люфтллёйд» и «Румплер». Таким образом, германской военной авиации больше не существовало.

Без неба лётчик жить не может. Не раздумывая ни минуты, я обратился к директору «Люфтллёйда» Гримшицу с просьбой принять меня на работу в компанию. Он любезно встретил меня и попросил представить копию моего послужного списка и рекомендации. Я немедленно обратился к Рудольфу Гессу за помощью, и через неделю на рабочем столе Гримшица лежали наилучшие рекомендации Геринга, Гесса и Мильха. В конце октября я был зачислен пилотом в штат компании и получил лётную лицензию министерства транспорта Баварии.

В нашей небольшой компании было всего три лётчика и четыре стареньких военных самолёта. Вначале регулярные рейсы мы осуществляли по маршруту Мюнхен – Коснстанц, протяжённостью 180 километров. Пассажиры испытывали настоящее муки. Кабины самолётов были открытыми. Ветер, дождь, снег вынуждали нас укутывать пассажиров с ног до головы в шубы и одеяла. Многие пассажиры, попробовав экзотику таких перелётов, в дальнейшем категорически отказывались летать самолётами.

Нужны были новые современные пассажирские машины. Но только в мае 1922 года союзники сняли запрет на производство в Германии пассажирских самолётов с расчётной скоростью свыше 200 километров в час и высотой полёта более 4000 метров. И сразу же завод Юнкерса выпустил на рынок новый одномоторный цельнометаллический самолёт с закрытой кабиной для четырёх пассажиров. Одну из таких машин F-13s приобрела и наша компания.

Надо сказать, двадцать второй год вообще оказался знаковым для молодой гражданской авиации Германии. В ходе постоянных слияний и разделений остались три крупных компании, доминировавших на рынке: «Авиалинии Юнкерс», «Аэро-Ллойд» и «Германские авиалинии». И в том же году нашу баварскую компанию «Люфтллёйд» приобрела самая крупная авиакомпания Германии «Авиалинии Юнкерс». Мы стали её дочерним предприятием.

Я был этому рад, так как коммерческим директором «Юнкерса» был мой бывший командир, старый и надёжный друг капитан Эрхард Мильх. Он оказался прекрасным бизнесменом. Именно Мильх сконструировал единую систему дальних авиаперевозок в Центральной, Южной и Восточной Европе, показавшую свою надёжность и эффективность. Его стараниями открылись новые регулярные рейсы в Берлин, Гамбург, Данциг, Вену, Цюрих.

Моя работа, приносившая мне радость и полное удовлетворение, была достаточно высокооплачиваемой. Я мог позволить себе снять небольшую, но уютную и хорошо меблированную квартиру в престижном районе Зейдлинг. Мне не приходилось экономить на питании и одежде. Моя тёмно-синяя лётная форма вызывала уважение соседей и постояльцев кафе и пивных. Надо сказать, немцы вообще любят любую форму. А когда вы одеты в форменный китель, сшитый из дорогой шерстяной ткани, на рукавах которого сияют золотые шевроны лицензированного пилота гражданской авиации, да на вас ещё до блеска начищенные кожаные ботинки из Цюриха, вы становитесь эталоном успешного баварца. Вас уважают. О вас идёт молва, как о человеке порядочном, работящем, с которого нужно брать пример.