Книга Полет в неизвестность, страница 118 – Сергей Трифонов

— Мы обнаружили этот завод, а в нем более двух тысяч двигателей разной стадии готовности и разной модификации. Мы также нашли и техническую документацию на производство двигателя Jumo-004. — Савельев впился взглядом в Баура. — Но один завод не мог ведь обеспечить массовую сборку реактивных самолетов почти на двух десятках предприятий? Значит, были и другие моторостроительные заводы, выпускавшие Jumo-004? Вам о них известно, Баур?

«Как же мы недооценивали этих русских, — с грустью думал Баур. — К чему были все эти надутые щеки адмирала Канариса с огромным штатом абвера, шаловливое ребячество Шелленберга с вечно сальными анекдотами или вечная наигранная таинственность Гейдриха, а после его гибели — Кальтенбруннера с огромным количеством сотрудников и осведомителей гестапо и СД? Русские разведка и контрразведка оказались очень оперативными, проворными, ловкими, словно цирковые эквилибристы. Если большинство их оперативников такие, как этот подполковник, тогда все объяснимо. Тогда понятно, почему русские так быстро обнаруживают хорошо упрятанные секреты рейха. Но надо отвечать, молчание могут неверно расценить».

— Конечно, видимо, работало несколько моторостроительных заводов. Но, поверьте, я знаю еще только один, в Нордхаузене. Там тоже шла сборка Jumo-004.

— Вы уверены в этом? Откуда вы об этом знаете?

— С уверенностью утверждать не могу. Информация о заводе в моем мозгу отложилась из разных источников. Однажды, — по-моему это было в начале сорок третьего года в Берлине, — зайдя в ресторан пообедать, я обнаружил там Мильха с группой генералов люфтваффе. Меня пригласили за стол, и в ходе беседы Мильх поручил одному из генералов, кому, точно уже не помню, отправиться в Нордхаузен с целью инспектирования строительства моторостроительного завода.

— Почему вы думаете, что именно там собирали Jumo-004?

— В конце сорок четвертого я слышал, как Геринг, выйдя от фюрера, просил по телефону Мильха представить ему график выпуска этих моторов на заводе в Нордхаузене. Кроме того, в январе этого года, будучи в Дессау, я сам видел разгрузку реактивных двигателей на опытном заводе Юнкерса. Я спросил тогда технического директора, откуда продукция, и получил ответ: из Нордхаузена.

Савельев, записывая ответы Баура, весь напрягся. Оставался единственный, но самый главный вопрос: где двигатель Jumo-0012?

— Баур, что вы знаете о реактивном двигателе Jumo-0012?

Баур вновь ушел в себя. Он знал об этом, как говорили, чудо-двигателе, предназначенном для дальнего тяжелого четырехмоторного бомбардировщика Ju-287, который сперва был похоронен Удетом, а затем Герингом. Двигатель прошел все испытания, получил высокую оценку специалистов, был изготовлен предсерийно в нескольких экземплярах, но в серию попасть не успел, закончилась война. Двигатель собирали в Нордхаузене.

«Но стоит ли об этом говорить русскому контрразведчику? Я и так много ему рассказал, надо что-то сохранить на потом. Возможно, подполковник и вправду чем-то поможет. А если не сказать, может обидеться и ничего из обещанного не выполнит. Бог с ним, с этим двигателем».

— Знаю, что он — дальнейшее и очень успешное развитие двигателя Jumo-004. Но, к большому сожалению, Геринг ничего не понимал в бомбардировочной авиации и стал могильщиком суперсовременного самолета Ju-287, для которого и был изначально предназначен этот двигатель. Предваряя ваш вопрос, скажу: Jumo-0012 собирали тоже на заводе в Нордхаузене. Но, по моим сведениям, успели изготовить не более десяти штук.