Книга Кровь и золото погон, страница 148 – Сергей Трифонов

Через сильно омелевшую Полу без проблем переправились по перекатам. Искупали и напоили коней, умылись сами, наслаждаясь прохладной водой в липкую июльскую жару. В густом орешнике сделали двадцатиминутный привал. Не распрягая лошадей, покормили их. Уголовники робко загундели, требуя отдыха и еды, но выпоротые по приказу Павловского казачьими нагайками, притихли, боязно озираясь на офицеров.

Вскоре отряд двинулся дальше. Шли по лесу параллельно основному шляху. К семи часам вечера, когда июльское огненное солнце еще только намекало на свою усталость и нехотя скатывалось к западу, разведка обнаружила боевое охранение во главе с хорунжим Толкучим. Отряд прибыл на место выбранной стоянки. Сотник Куринов доложил Павловскому о передвижениях на основной дороге, отметив, что к Демянску никаких вооружённых групп не проследовало. Есаул Тимофеев выставил боевое охранение, лошадей стреножили и пустили пастись в нижнем овраге. По приказу Павловского там же, в овраге, развели небольшие костры, сварили кулеш из пшёнки с салом. Через час костры залили водой.

— Чёрт бы вас всех побрал! — Мильнер в бешенстве грохотал по столу кулаком. — Сколько уже часов прошло, а вы до сих пор связь с Демянском наладить не можете! Все под трибунал пойдёте!

Начальник губотдела связи, бывший балтийский матрос, повидавший в свои тридцать с хвостиком всякого, человеком был не робкого десятка, но и он сейчас по-настоящему страшился гнева главного губернского чекиста. Переступая с ноги на ногу и теребя в руках кепку, ответил:

— Так ведь, Абрам Исаакович, спозаранку людей отправили по линии из Старой Руссы. В Залучье связь есть, меньше сорока вёрст проверить осталось. Думается, к вечеру доложат.

— Гляди у меня, флотский, не восстановите связь, сам лично в камере запру! Ступай! Докладывай немедленно, как связь образуется.

Уставший, весь какой-то помятый, с синими мешками под глазами, Мильнер нервничал. Связи с Демянском не было. Казалось бы, всё они с губвоенкомом Григорьевым предусмотрели: сколотили приличную конную группировку из красноармейцев, чекистов и милиционеров, встретили в Старой Руссе прибывший из Петрограда кавалерийский эскадрон войск ГПУ, направив его с провожатыми к Демянску по Залучской дороге, выслали конную разведку из Новгорода, Старой Руссы и Валдая, перекрыли пикетами все дороги, ведущие в Демянск с северо-запада, северо-востока и востока. Холмские чекисты сообщили о блокировании дорог с юга у Тухомичей и Каменки. И Мессингу обо всём доложили, и на бюро губкома отчитаться успели…

Единственное открытое место осталось со стороны озера Селигер, Староосташковский тракт. Да ведь не могли бандиты оказаться там, полагали Мильнер с Григорьевым, далековато от Холма. Но эта дыра всё же беспокоила. Да ещё, как назло, обрыв этой дурацкой связи!

— Слушай, Григорьев, — Мильнер нервничал, то и дело перекладывал документы на столе с места на место, — тебе не кажется странным, что разведка никого до сих пор не обнаружила, никакой информации нет. Куда они могли деться? Банда в два десятка конных — не игла в стогу сена. Если это полковник Павловский, не в его стиле такое затишье, он привык к кастрюльному звону, громким грабежам и погромам со стрельбой, пожарами, взрывами… А тут как в воду канули.