Книга Операция «Сентябрь», страница 110 – Сергей Трифонов

— Явятся. Точно явятся. Уж вы мне поверьте. Нутром чую. Меня интуиция никогда не подводила.

Он закурил и продолжил:

— В ноябре сорок третьего, когда мы уже форсировали Днепр и дивизия закрепилась на правом берегу, перед нашим батальоном, занявшим немецкие окопы, стал бедокурить немецкий снайпер. Многих наших положил, в основном офицеров. Опытный был, гад, отличный стрелок. Работал только по вечерам, чтобы иногда появлявшееся в разрыве облаков солнце его не слепило. Бил он из трёх секторов, меняя их бессистемно: из-под старой ветлы, из-под сгоревшей нашей «тридцатьчетвёрки» и из-за двух больших валунов. В тот вечер что-то мне подсказало, и уверенно так, что немец будет не в прежних секторах, в другом месте, под сосной, наполовину срезанной осколками снарядов. И точно. В оптический прицел я заметил вначале отблеск немецкого прицела, а затем и его самого, укрытого сверху лапником. После первого выстрела он, видимо раненный, вскочил на ноги, второй мой выстрел навсегда уложил его под той сосной… Поляки придут сегодня ночью. Уж вы мне поверьте, товарищ капитан.

В сарае затрещала рация. Буторин крикнул:

— Тимофей Иванович, вас!

На связи был майор Зарубин:

— Как дела, Веригин?

— Пока спокойно, дежурим.

— Ждите гостей сегодня. Много гостей, возможно, с самоварами^[22]. Усильте наблюдение. Часам к пяти утра село оцепим. Сапёры помогут. Батальон Ватрушкина возьмёт объект в кольцо. Смотрите там, не перестреляйте друг друга. Часа через два подъедем вместе с «первым». Конец связи.

Веригин собрал всех людей, поставил задачу:

— Иваньков, бери участкового — и шагайте к знаку, что при въезде в село. Встретите подполковника Савельева и майора Зарубина, приведёте их сюда. Потом возьмёте вторую рацию — и обратно на пост, к знаку. Когда встретите боевое охранение батальона осназа, немедленно сообщи.

— Лейтенант Урбонас, займешь позицию с «Дегтярём» на крыше конюшни. Без приказа не вздумай палить, не дай Бог, наших положишь.

— Ты, Волк^[23], — Веригин обернулся к Каланте, — позицию выберешь самостоятельно. Но когда выберешь, предупреди меня, где ты есть.

— Слушаюсь. Разрешите выполнять, пока совсем не стемнело?

— Давай.

Когда все разошлись, Буторин с недовольством спросил:

— Товарищ капитан, а я?

— А ты, лейтенант, остаёшься со мной. Если что случится, примешь командование группой. Я сейчас к сапёрам схожу, побудь у рации.

С командиром сапёрного батальона Веригин договорился: две роты с пулемётами блокируют дом Коморовского с востока и юго-востока. Ротных Веригин проинструктировал: бойцам не шуметь, не разговаривать, не курить, не шляться по кустам. С собой иметь не менее четырёх дисков на автомат и гранаты. Огонь открывать только по приказу.

В двадцать два тридцать приехали Савельев с Зарубиным. Майор сразу примостился с картой к рации, давая указания Ватрушкину и двум командирам рот внутренних войск, прибывшим на усиление из Вильнюса, о размещении на местности.

— В бой не вступать, пока вся банда не втянется в кольцо, — наставлял Зарубин, — боевое охранение и дозоры отодвинуть от села на километр-полтора так, чтобы их разведка и пикеты оказались перед вами, а не наоборот. С тылу, за вашей спиной, пустить проводников с собаками. Никто не должен уйти. Сигнал к началу сжимания кольца — две зелёных и одна красная ракеты.