Книга Предателей не прощают, страница 31 – Сергей Трифонов

Свою единственную дочь Ирину Герман Суховей воспитывал один, его супруга и мать Ирины рано скончалась от рака груди. Девочка росла в обстановке ненависти к России и всему русскому, чему способствовали немногочисленные родные отца, школа, друзья и подруги. Окончив школу, Ирина железной рукой отца была отправлена в Одесский военный институт сухопутных войск, где по программе бакалавриата обучалась по специальности «военная разведка». После получения диплома амбициозную пани лейтенанта водворили в британскую Королевскую военную академию в Сандхерсте, где сорок четыре недели она оттачивала навыки разведывательной и диверсионной деятельности против России, шлифовала свои и без того приличные знания русского и английского языков. К двадцати пяти годам, ко времени её первой заграничной командировки, она представляла собой законченную русофобку, умного, хитрого и коварного врага России.

Её карьера складывалась успешно. В Крыму, на Донбассе она активно вербовала агентов, создавала шпионскую сеть, благо настроенных проукраински и антироссийски в тех регионах было хоть отбавляй. Ей стали поручать более сложные дела, связанные с диверсией. Что-то получалось, особенно такие гадости, как минирование и взрывы опор высоковольтных линий, повреждение газопроводов, вышек сотовой связи… За это её хвалили, поощряли, присваивали новые воинские звания…

К тридцати двум годам она стала майором и была награждена орденами «За заслуги» 3‑й степени и «Даниила Галицкого», медалями «За военную службу в Украине», «За безупречную службу» 2‑й степени, «25 лет Независимости Украины», «За участие в антитеррористической операции». На выплаты, которыми её поощряло ГУР, она смогла купить в Киеве приличную трёхкомнатную квартиру.

Всё, казалось бы, складывалось у этой красивой женщины, только счастья не было, не было домашнего тепла, любимого мужчины, детей… Мужчины, конечно же, были, много мужчин, настолько много, что она перестала вести им счёт. Но того единственного, который бы взял её за руку (она страстно мечтала об этом), прижал бы к себе крепко-крепко и сказал бы строго: «Всё, радость моя, с этим завязываем навсегда».

Неприятности начались год назад, когда в Брянской области её разведывательно-диверсионная группа должна была взорвать большой армейский склад артиллерийских боеприпасов. Где-то они оплохнулись, или сработал предатель, но ФСБ быстро и оперативно зажала группу на окраине Брянска в арендованном частном доме. Ей удалось бежать, но двоих взяли, а её заместитель оказал сопротивление и погиб в перестрелке. Киев назначил служебную проверку, офицеры военной контрразведки СБУ допрашивали сутками, подозревая в предательстве её. К тому времени полковник СБУ Герман Суховей был уже на пенсии и ничем дочери помочь не мог.

Проверка ещё не завершилась, когда её вызвал начальник управления и строго сказал:

— Полетишь на Кипр, найдешь нужного нам человека и вместе с документами, которыми он обладает, доставишь ко мне, сюда, в этот кабинет. Выполнишь задание – проверку и следствие прекратят. Споткнёшься – пеняй на себя.

— Ирина Германовна, – Самаров говорил спокойно, без нажима, как он умел это делать во время допросов, – хотелось бы, чтобы мы сразу поняли друг друга и, не тратя впустую драгоценное время, обсудили ваше нынешнее положение и получили ответы на наши немногочисленные вопросы. О себе говорить не надо, мы достаточно извещены о вас, вашем отце, вашей карьере. Сами понимаете, другие люди в другом месте будут задавать вам иные вопросы. Мы ограничимся узким кругом. Вы готовы?