Книга Операция «Пепел», страница 9 – Валерий Барабашов

Чтобы растопить ледок отчуждения, Галина выложила главный свой козырь:

— Коль, а я ведь машину купила!

— Да?! А какую?

— «Жигули» шестой модели, какую ты хотел. И цвет твой – «Пицунда» называется, «морская волна».

Реут вскочил с постели.

— Вот это да! Молодец! Покажи, где стоит.

— В гараже, где же еще?

— Идем глянем.

— Прямо сейчас? Среди ночи? До утра не можешь подождать?!

— Да, невтерпеж. Идем.

— Погоди. – Она стала рядом с ним, прижалась, обхватив его за талию. – Скажи: любишь? Хотел к нам с Катькой вернуться?

— Конечно, – ответил он на второй ее вопрос. А про любовь говорить не хотелось. Точнее, врать. Какая к черту любовь? Ему – двадцать девять, ей – на двенадцать лет больше. Толстая, жирная баба, чужой ребенок… Все здесь, в этом доме, для него чужое, а своего нет, не заработал.

Как был, в трусах и майке, сунув ноги в сапоги, Реут пошлепал по мокрому двору в гараж. Галина, накинув пальто, поспешила за ним, позвякивая ключами. Сердце ее царапала обиженная кошка: «Не сказал ничего, не любит, значит. А я-то, дура, расстаралась, машину купила, сюрприз приготовила к его освобождению».

Красавица «Лада» стояла перед ними как на выставке: новенькая, сверкающая свежей краской и никелированными частями. И даже с номерами.

Вот это тачка!

Реут обошел машину, погладил ее, открыл дверцу, сел на водительское место. Галина подала ему ключ зажигания, он завел мотор, послушал. Вырвалось невольное:

— Класс! Как часики.

— Кто же пригонял? – спросил он минуту спустя.

— Юрка Малыгин, кто же еще. Хотела наших кого-нибудь попросить, а потом подумала, что номера еще получать, то да се, двух мужиков просить… А это свояк, в милиции работает, ты же помнишь. Ну, он все и сделал.

— А записала на кого?

— На себя, на кого же?! Тебя не было… и вообще, – прибавила Галина через неловкую какую-то паузу.

«Ну, вообще так вообще, – мрачно подумал Реут. – Будем ездить, ладно. А чё? Тачка классная, пригодится. Сама Галина в ней ни бум-бум, Катька маленькая еще, никто тут, кроме меня, и не справится с „жигулем“».

…Дня через два наведался к ним и сам Малыгин, капитан милиции. Руки Реуту не подал, поздоровался издали, от порога, потоптался, ожидая от свояченицы Галины приглашения. Та не заставила себя ждать, позвала Малыгина в зал, к круглому, под розовым абажуром столу, на котором в мгновение ока появилось вино и закуска.

— Юра, ты бы китель снял, у нас жарко, – предложила она. Но Малыгин избавляться от мундира не захотел, на рубашке у него погон не было, а он желал, чтобы бывший зэк и одновременно родственник видел перед собой милицейские звездочки постоянно. Для профилактики.

Реут все это хорошо понял, внутренне усмехнулся, но вида не подал, что малость оскорбился поведением гостя, старался вести себя естественно. Понимал, что Малыгин против того, чтобы он, безродный зэк, жил тут, с его свояченицей, состоятельной дамой и примерной матерью, но что поделать – прикипели они отчего-то друг к другу, Галина и Николай, вон и отсидка их не разлучила, придется мириться с этим обстоятельством, сидеть с Реутом за одним столом.

Они не чокаясь выпили, и тут же капитан Малыгин завел разговор о работе Николая.

— Вопрос решен, Юра, – перебила его Галина. – Коля вернется к нам, в райпотребсоюз, я договорилась.