Книга Два тревожных дня майора Ковалева, страница 51 – Василий Моисеев

— Понимаете, товарищ майор, он спичку не просто швырнул, а сделал это как-то красиво, будто не впервой это делал. Привычно как-то у него получилось, натренированно. Рука у него была вот здесь, у плеча, и мне почему-то подумалось, что с таким броском спичка могла улететь и вдвое дальше. Понимаете?

Свидетель предполагал, что преступник увлекался метанием стрел, так называемым дартсом. Модный вид досуга, не обошедший и Рязань. Ковалев знал, что в некоторых ночных клубах даже устраиваются своеобразные соревнования по этому экзотичному виду спорта. Больших финансовых вложений организация таких противоборств не требует, а вот ставки на победителя позволяет делать любые. На это, похоже, и намекает свидетель. И снова в «яблочко». Молодец. Если он правильно подметил, то не исключено, что в поисках лесного «метателя» нужно познакомиться со всеми рязанскими претендентами на чемпионский титул в этом самом дартсе. Тоже кое-что.

А Сингапур продолжал делиться впечатлениями, боялся, видно, показаться в своих рассуждениях неубедительным и наивным.

— Мне этот бросок, товарищ майор, напомнил школу, четвертый класс. Не знаю, откуда это тогда появилось, а стала вдруг вся наша школа в «снайперов» играть. Делали из старых перьев стрелы, крепили к ним сзади четырехугольный бумажный парашютик-стабилизатор и метали в мишень. Я почему это на всю жизнь запомнил и уже никогда не забуду, потому что моему дружку такой стрелой в глаз попали. Так и лишился парень глаза в четвертом классе, в одиннадцать лет, значит. Такое не забудешь. Я к тому это рассказываю, что стрелы свои идиотские мы метали примерно так же, как тот парень в лесу метнул спичку… Вот так.

Сингапур встал и для убедительности наглядно показал, как в их четвертом классе сорок лет назад соревновались в метании стрел, ничего не зная тогда ни о каких дротиках и ни о каком дартсе. Демонстрация получилась более чем наглядной, и Ковалев окончательно определился с необходимостью «оторваться» как-нибудь по полной программе в ночном клубе, чтобы потолкаться среди нынешних последователей славного спортивного прошлого Мишки Сингапура.

— А как он выглядел, этот метатель?

Сингапур задумался, припоминая внешность лесных «братьев». Скорее, не вспоминая, а формулируя предложение.

— Коренастый, – уверенно заявил он, – кряжистый такой. А ростом немного уступал напарникам, те повыше были, постройней. Среднего он роста.

Вадиму сразу вспомнились показания свидетелей на улице Дзержинского. Обрисованный ими убийца тоже был коренастый, и роста тоже среднего. И тоже в кожаной кепке и куртке. Не слишком ли много совпадений?

— В какое время это происходило, не приметили?

— Точно сказать не могу, – признался свидетель, – а если прикинуть, что из дома я вышел сразу после обеда, около двух, да полчасика на дорогу в лес, то выходит, что было это в начале третьего. Ну, плюс-минус полчаса.

Полчаса в данной ситуации версии Вадима не противоречили. Ну, не версии, может, а просто предположению, но предположению интересному. Момент убийства на Дзержинке и лесной костер разделяли примерно два с половиной часа по времени, и почему бы не связать эти два трагических происшествия в одно? За два с половиной часа можно до Москвы доехать, не то что до леса. Для мощного джипа полсотни километров не расстояние, на такой машине за час с небольшим в оба конца успеть можно. М-да, ситуация. Неужели ушлый Прошин не зря вызывал его на Дзержинку? Прямо предчувствовал, хитрован, что работать им все равно предстоит вместе. Если, конечно, к сегодняшним трагедиям причастен один и тот же преступник.