Книга Ангел-хранитель, страница 3 – Сара Парецки

Утреннее июньское солнце ярко светило, но воздух был еще настолько прохладен, что мои босые ступни оледенели и не чувствовали пола в подъезде. Я вошла в свою квартиру, не дожидаясь, пока старик встанет с постели. До меня все еще доносился приглушенный лай Пеппи, когда я сбросила шорты и снова залезла под одеяло. Моя босая нога скользнула по влажному пятну на простыне. Кровь. Это не могла быть моя кровь; значит, это кровь собаки.

Я снова натянула шорты и набрала номер мистера Контрераса. Я успела надеть гольфы и кроссовки, прежде чем он снял трубку; его голос звучал так хрипло, что я не сразу узнала его.

— Вы, должно быть, неплохо повеселились вчера вечером в кругу друзей, – бодро проговорила я. – Но сейчас вам бы лучше подняться и встретить приход нового дня – вам в очередной раз предстоит стать дедушкой.

— Кто это? – скрипучим голосом спросил он. – Если это какая-нибудь шутка, вы бы лучше хорошенько подумали, прежде чем звонить людям в такую рань и…

— Это я, – прервала я его речь, – Виктория Варшавски. Ваша соседка сверху, припоминаете? Так вот, ваша маленькая собачка Пеппи надрывается от лая за вашей дверью вот уже добрых десять минут. Полагаю, она хочет войти и принести вам щенков.

— Ох, ох. Это вы, дочка. Что там такое с собакой? Она лает у моей задней двери. Давно вы выпустили ее на улицу? Ни к чему ей слоняться там и лаять, когда ей уже подходит время родить – знаете, она может и простудиться.

Я проглотила все возможные саркастические замечания и сказала:

— Только что в собственной постели я обнаружила кровавые пятна. Она, видимо, вот-вот будет рожать. Я сейчас спущусь, чтобы помочь вам сделать все как следует.

Мистер Контрерас принялся выдавать мне сложные инструкции о том, что я должна на себя надеть. Поскольку конца его наставлениям не предвиделось, я без всяких церемоний повесила трубку и снова вышла из квартиры.

Ветеринар подчеркнул, что Пеппи не нуждается ни в какой помощи при родах. Если мы станем вмешиваться, когда она будет тужиться, или принимать новорожденных щенков, то это может настолько растревожить ее, что потом она уже не сможет справиться сама. У меня не было никакой уверенности, что мистер Контрерас вспомнит об этом в критический момент.

Когда я спустилась вниз, старик как раз закрывал за Пеппи заднюю дверь. Он обеспокоенно взглянул на меня сквозь глазок и куда-то скрылся. Когда он наконец открыл передо мной дверь, у него в руках была старая рабочая блуза, предназначавшаяся для меня.

— Прежде чем вы войдете, наденьте вот это, – сказал он.

Я отстранила протянутую мне рубашку:

— Я надела свой старый спортивный свитер. Ничего не случится, если я его запачкаю.

— Я нисколько и не волнуюсь за ваш дурацкий гардероб. Я беспокоюсь о том, что на вас надето под свитером. Или о том, что на вас не надето.

Я уставилась на него с неподдельным изумлением:

— С каких это пор мне нужно надевать бюстгальтер для того, чтобы ухаживать за собакой?

Его морщинистое лицо густо покраснело. Сама мысль о дамском белье приводила его в величайшее смущение, не говоря уже об упоминании вслух интимных деталей туалета.

— Дело не в собаке, – волнуясь, проговорил он. – Я пытался объяснить вам по телефону, но вы бросили трубку. Я знаю, в каком виде вы любите расхаживать по дому, и это меня нисколько не беспокоит, потому что вы, в общем, порядочная женщина, но ведь не все так думают, как я. Согласитесь.