Книга Слепая зона, страница 105 – Сара Парецки

— И сделаешь из себя посмешище, и Алек Гантнер никогда не назначит тебя на федеральную должность.

— Благодаря тебе и Дердри этого, вероятно, никогда не произойдет. Уходи, Варшавски. Я встал с постели, чтобы встретиться с тобой, но с меня довольно. Иди домой.

Желтолицый, с остекленевшими глазами, Фейбиан выглядел таким больным, что я невольно почувствовала к нему жалость.

— Тебе следует показаться врачу, Фейбиан; ты, быть может, почувствуешь себя лучше, если пройдешь соответствующий курс лечения.

«Например, литий или торазин», – подумала я.

Раз или два по пути домой мне почудилось, что кто-то едет за мной, но когда я притормаживала для проверки, «подозрительные» машины обгоняли меня и исчезали из поля зрения. По крайней мере, я не видела в зеркале передние фары «спайдера».

Я остановилась в Грант-парке, чтобы Пеппи могла поразмяться. А когда свернула с магистрали, мне снова показалось, что я не одна, но на стоянке не было больше ни одной машины. Я держалась на дорожке у края проезжей части, где регулярно курсирует полицейский патруль, и не спускала глаз с теней. Пеппи, почувствовав мою нервозность, не отбегала далеко.

Несколько минут она носилась за механическим зайцем, потом вернулась и уткнулась носом в мою руку.

Вернувшись на Расин, я остановилась на противоположной стороне улицы, разглядывая вход в дом. Наконец решила, что это беспокойство об Эмили заставило меня нервничать, и вышла из автомобиля. Я скомандовала Пеппи держаться рядом и не стала брать ее на поводок, а намотала его себе на руку так, что металлическая застежка свободно болталась.

Когда мы шли по дорожке, Пеппи внезапно остановилась и зарычала, ее шерсть поднялась, она чутко всматривалась в место стоянки автомобилей. Я опустилась на колени рядом с ней, жалея, что у меня нет оружия и что я не ношу бронежилет. Когда между двумя припаркованными машинами поднялся человек, Пеппи, сделав гигантский скачок, понеслась прочь от меня. Я бросилась за собакой, узнав в появившемся человеке Маккензи Грэхема.

Мое сердце бешено колотилось.

— Я не хочу знать, что ты здесь делаешь, Грэхем. Отправляйся домой и смени пеленки.

Я направилась к подъезду, окликая Пеппи. Она приветливо помахала хвостом Кену, чтобы показать, что ничего не имеет против него, но пошла за мной к двери.

— Но позвольте сказать хоть пару слов…

Я изобразила рычание Пеппи и велела ему вести себя хорошо.

— Можно мне войти? Я пробыл здесь целую вечность, замерз, на улице далеко не тепло.

Поджав губы, я кивком указала на вход. В вестибюле было слышно, как Митч скулит и скребется в квартире мистера Контрераса. Это означало, что они оба скоро присоединятся к нам. Мне бы этого не хотелось, поэтому я пригласила Кена зайти к себе.

Мы поднялись на один лестничный марш, когда на нас налетел Митч, а за ним вышел старик.

— А, это ты, детка. Митч поднял такой шум, что я подумал, кто-то ломится в дом.

— Вы правы. Ваш молодой друг Грэхем хочет что-то сказать мне. Если он не выйдет обратно через пятнадцать минут, позвоните Конраду – один из нас будет мертв.

— Хорошо, детка, хорошо. Я понял, ты хочешь поговорить без свидетелей.

— Нет. Я хотела всадить пулю в этого навязчивого молодого человека, но то, что вы видели нас вместе, остановило меня.