Книга Слепая зона, страница 206 – Сара Парецки

Я принесла пару стульев из кабинета Джаспера.

— Мы с Мюрреем настроены на долгую беседу и хотим устроиться поудобнее. Причина, по которой Джаспер запретил вам разговаривать с прессой, очевидна: он скрывает какие-то грязные секреты о себе и своих дружках. Боится, как бы вы по наивности не сболтнули лишнего.

Тиш вскочила и стала бить по рукам Мюррея, державшим телефонный провод.

— Вы не имеете права! – Она задыхалась. – Я вызываю полицию!

— Извольте, – сказала я, снова подключая телефон к линии. – Только номер наберу я, и это действительно будет номер полиции, а не Гэри Карпентера или Энтона.

Тиш перестала колотить Мюррея и набросилась на меня. У Мюррея освободились руки, и он воспользовался этим, чтобы включить магнитофон. Я подождала, пока он закончит настройку, а потом продолжала:

— Мы начнем с того, что покажем полицейским наличные деньги, которые Джаспер держит в запертом ящике у себя в кабинете, ту мелочь, которую он использует для оплаты подрядчиков, минуя платежные книги. Карпентер списывает все на нелегальных иммигрантов, и они кладут остаток в карман.

Тиш презрительно усмехнулась, но ничего не сказала.

— Она участвовала в незаконных сделках, – сказала я, обращаясь к Мюррею. – Держу пари, ее мать придет в восторг, узнав об этом.

— Мы никому не причиняли вреда, – огрызнулась Тиш. – Румыны получали денег больше, чем могли бы заработать дома. Конечно, им приходилось много трудиться в течение нескольких месяцев, но ведь такая работа не на всю жизнь.

— Это звучит так, словно говорит сам Джаспер Геккомб. Вы сами-то верите в это, Тиш? – спросил ее Мюррей.

Тиш продолжала молотить руками, не говоря ни слова, и я добавила:

— Хорошо, вы знали, что их труд оплачивают, не занося в бухгалтерские книги. А как объяснить тот факт, что Джаспер Геккомб держал пять миллионов в ящике стола в своем кабинете?

При этих словах Тиш подняла глаза, слишком напуганная, чтобы лгать.

— Это ложь: он показал мне деньги в понедельник, там было всего пятнадцать тысяч.

Я кивнула.

— Джаспер показал вам ящик стола в понедельник, потому что в пятницу ночью я вломилась сюда и видела этот ящик, набитый сотенными до краев. Он рассчитывал в очередной раз пустить вам пыль в глаза. Но подумайте над тем, что я вам сейчас скажу. Джаспер и его друзья скоро отправятся в тюрьму, и, возможно, очень надолго. Вы можете пойти вместе с ними. Меня не удивит, если Джаспер постарается убедить вас взять на себя его вину. Например, он может сказать, что крупные махинации проводились, когда вы были временным управляющим. Я знаю совершенно точно, что они подставили Энтона – вы ведь знаете Энтона, да?

Тиш старалась делать вид, что ей безразлично, что говорю я, но лицо ее выдавало.

— Вы можете избежать массы неприятностей, откровенно рассказав все. Подумайте, стоят ли крупицы внимания, которые Джаспер бросает вам, пяти лет тюрьмы.

— Вы сама сядете в тюрьму, – сказала она хрипло. – Вы только что признались, что тайно проникли сюда.

— Да. Я нарушила закон. Согласна. Полицейские знают об этом моем вынужденном шаге. Они, конечно, не в восторге. В любом случае делом Джаспера Геккомба будет заниматься ФБР, а не муниципальная полиция. Посмотрим, достаточно ли влияния у сенатора Гантнера, чтобы повлиять на министерство юстиции.