Книга Смертельный удар, страница 143 – Сара Парецки

Он оборвал ее взмахом руки:

— Кто рассказал тебе, Виктория? Кто распространяет сплетни о моей семье?

— Сплетни предполагают фальшивый слух, — с достоинством ответила я. — Все, что вы сказали с того момента, когда я пришла в этот дом, подтверждает, что это правда.

— Что еще за правда? — потребовал он, с усилием сдерживаясь. — Что девичья фамилия моей жены — Юршак? Ну и что это доказывает?

— Как раз то, что ее брат Арт сделал вашу дочь Луизу беременной. Вы говорили мне, что он был не слишком сдержанным, Марта. У него были подобные истории с маленькими девочками?

Она стояла и нервно теребила руками передник.

— Он… он пообещал, что никогда не сделает этого снова.

— Проклятье, не говори ей ничего! — заорал Джиак, вскочив с кресла.

Оттолкнув мое кресло, он подлетел к миссис Джиак и ударил ее.

Я тоже вскочила на ноги и прежде, чем поняла, что я делаю, ударила его кулаком в лицо. Он был на тридцать лет старше меня, но все еще очень силен. Только благодаря тому, что я застала его врасплох, мне удалось ударить его со всей силой. Он отшатнулся к холодильнику, на мгновение замер, тряся головой и пытаясь опомниться от удара. Затем дикая ярость захлестнула его, и он двинулся на меня.

Я была наготове. Как только он бросился в атаку, я толкнула кресло ему под ноги. Он наскочил на него и по инерции налетел на стол вместе с креслом. Не удержавшись на ногах, он рухнул, ударившись о столешницу с такой силой, что телевизор и кружка с пивом полетели на пол. Посыпались осколки, и под ногами образовалась лужа, полная стекла. Он лежал, растянувшись под столом, придавленный креслом.

Марта Джиак издала вопль ужаса, но я не могла понять, что больше потрясло ее: то ли вид мужа, то ли испачканный пол. Я стояла над Эдом, тяжело дыша от ярости, с оружием в руках, готовая разрядить в него всю обойму, если он начнет подниматься. Его лицо было безжизненным — никто из его женщин никогда не давал ему отпор.

Неожиданно миссис Джиак вскрикнула, и я обернулась. Она не могла говорить, только тыкала куда-то пальцем. Тут я увидела маленькие всполохи из-за телевизора. Что-то попало в него, возможно, банка с растворителем, которую держали наготове для удаления масляных пятен, угрожавших безупречности кухни. Я сунула оружие за пояс джинсов и выхватила посудное полотенце из кармана ее передника. Осторожно обойдя лужу пива, я проползла под столом и выдернула вилку из розетки.

— Пищевая сода, — приказала я миссис Джиак.

Требование принести нечто, служившее для банальных целей ее домашнего хозяйства, помогло ей обрести некоторое равновесие. Я видела, как она, автоматически переставляя ноги, двинулась к буфету. Она нагнулась и подала мне пачку соды, протянув руку над телом своего мужа. Я высыпала содержимое на голубые огоньки, мерцавшие в телевизоре, и проследила, чтобы они погасли.

Мистер Джиак медленно выбирался из-под кресла и груды разбитого стекла. На мгновение он остановился, глядя на пол, а затем на свои промокшие брюки. Потом, ничего не говоря, вышел из кухни. Я слышала его тяжелые шаги по коридору. Марта Джиак и я прислушались, когда хлопнет входная дверь.

Марту била дрожь. Я усадила ее в одно из пластиковых кресел и согрела воды в чайнике. Она молча смотрела на меня, пока я шарила в ее буфетах, разыскивая чай. Обнаружив «Липтон», плотно набитый в жестяную коробку, я заварила чай, налила чашку, добавив сахару и молока и хорошенько все размешав. Она покорно выпила все, давясь обжигающими глотками.