Книга Заказное убийство, страница 113 – Сара Парецки

Она все еще была в этом нелепом наряде официантки: черные чулки, белый фартук. Она высморкалась в фартук.

— Кто получал деньги по этим платежным бланкам? — спросила я. — Те, на чье имя они были выписаны?

Она покачала головой.

— Это невозможно установить. Обычно это делается так. Бланк предъявляется в банк, там проверяют, есть ли у вас свой счет, и сообщают страховой компании, чтобы они переслали обозначенную сумму на этот счет. Надо знать, в какой банк предъявлялись эти бланки, а этих сведений не было в досье, там хранились только копии. Не знаю, оставили ли они себе оригиналы, или их отправили в контрольное отделение. А Питер — Питер не хотел заходить слишком далеко, не переговорив предварительно с Мастерсом.

— А в чем заключалось участие отца Питера в этом деле? — спросила я.

Ее глаза широко открылись.

— Участие отца Питера? Да он не принимал никакого участия в этом.

— Принимал. Он был убит в понедельник.

Ее голова стала клониться то вперед, то назад, вид у нее стал совсем больной.

— Прости, — сказала я. — Я не должна была выкладывать это тебе так сразу. — Я обвила рукой ее плечи. И больше я ничего не сказала. Но я была уверена, что Тайер помогал Мастерсу и Мак-Гро получать деньги по бланкам. Может быть, в этом деле были замешаны и некоторые другие Точильщики, но они не стали бы делиться таким крупным кушем со всем исполнительным советом. К тому же в такой секрет нельзя посвящать много людей, очень скоро он выплывет наружу. Мастерс и Мак-Гро, а может быть, и доктор, вкладывают в досье якобы достоверный отчет. Тайер открывает для них счет. Он не знает, что это такое, не задает никаких вопросов. Но они, вероятно, каждый год преподносят ему ценный подарок, а когда он угрожает организовать расследование смерти своего сына, они отвечают ему: он сам замешан в этом деле и может подвергнуться судебному преследованию. Любопытно, найдут ли Пол и Джилл что-нибудь в его кабинете? Да и впустит ли Люси их в дом? Между тем я должна позаботиться об Аните. Несколько минут мы сидели спокойно. Анита целиком погрузилась в свои мысли, видимо усваивая полученные от меня сведения. Наконец она сказала:

— Поговорить с кем-нибудь обо всем этом — для меня уже облегчение. Не так страшно и ужасно.

Я что-то буркнула в знак согласия. Она вновь оглядела свой нелепый наряд.

— До чего странно видеть себя в такой одежде. Если бы Питер мог видеть меня, он бы... — Она опять зашмыгала носом. — Я хотела бы уехать отсюда, не хочу быть больше Джоди Хилл. Вы думаете, я могу вернуться в Чикаго?

Я подумала.

— А куда ты хотела поехать?

На несколько минут она задумалась.

— Это проблема. Я не могу подвергать риску Рут и Мэри.

— Да, верно. Но не только ради них самих; вчера вечером, когда я отправилась на заседание Объединения университетских женщин, за мной следили; вполне вероятно, что Эрл следит и за некоторыми его членами. И ты сама знаешь, что не можешь поехать домой, пока все это не кончится.

— О'кей, — согласилась она. — Я сделала правильно, что приехала сюда, но жизнь здесь невеселая, приходится все время оглядываться через плечо, и я не могу ни с кем говорить откровенно. Они всегда поддразнивают меня, приписывают мне дружков, вроде этого симпатичного доктора Дэна, которого я облила сегодня утром кофе, а я не могу рассказать им о Питере, поэтому они считают меня недружелюбной.