Книга Заказное убийство, страница 85 – Сара Парецки

— Где ты живешь? — спросила я.

— На Элм-стрит, недалеко отсюда. У меня меблированная квартира с полным обслуживанием.

— Удобно. — Должно быть, это дорогостоящее удовольствие, подумала я. Сколько же он, любопытно, получает? Ведь это обходится недешево, тем более что он еще выплачивает алименты.

— И не говори. — Он усмехнулся. — Я ничего не знал об этом городе, когда приехал сюда; район вокруг «Аякса» мне не очень-то нравится, поэтому я не хотел снимать здесь квартиру надолго. Наверное, я куплю себе квартиру в многоквартирном доме.

— Кстати, ты узнал, звонил ли когда-нибудь Мак-Гро Мастерсу?

— Да, я оказал тебе эту маленькую услугу, Вик. Как я и предполагал, Мак-Гро никогда не звонил моему боссу.

— Самого его ты, конечно, не спрашивал?

— Нет. — Веселое лицо Ральфа омрачилось возмущением. — Я помнил твои пожелания и поговорил только с его секретарем. Разумеется, я не могу гарантировать, что она не скажет ему об этом. Может, мы не будем больше говорить на эту тему?

Я была задета, но сдержалась; мне нужно было, чтобы Ральф взглянул на мой бланк.

Появился Тим. Я заказала лососину на пару, Ральф — жареные креветки. Мы оба подошли к шведскому столу с зеленью. Я обдумывала какую-нибудь нейтральную тему для разговора, ибо не хотела показывать бланк до окончания ужина.

— Я так много говорил о своем разводе, но ни разу не спросил, была ли ты замужем, — сказал Ральф.

— Да, была.

— И что же?

— Это было давно. Я думаю, никто из нас не был готов к семейной жизни. Он преуспевающий адвокат, живет в Хинсдейле с женой и тремя маленькими детьми.

— Вы видитесь? — спросил Ральф.

— Нет, и, честно сказать, я о нем даже не вспоминаю. Но его имя часто мелькает в газетах. На Рождество он прислал мне поздравительную открытку, вот откуда я знаю о детях и Хинсдейле, — одну из тех слащавых картинок, где изображены перед камином улыбающиеся дети. Я не знаю, зачем он прислал эту открытку — как свидетельство того, что он настоящий мужчина, или чтобы дать мне знать, что я потеряла.

— И ты в самом деле чувствуешь, что что-то потеряла?

Я начинала сердиться.

— Ты хочешь окольным путем выведать, хочу ли я иметь мужа и семью. Я абсолютно не скучаю по Дику и не сожалею о том, что у меня нет трех детишек, которые путались бы под ногами.

Ральф был заметно удивлен.

— Успокойся, Вик. Желание иметь семью не означает, что это должна быть семья Дика. Я совершенно не скучаю по Дороти, но отнюдь не отказываюсь от желания иметь собственную семью. И я не был бы нормальным человеком, если бы не скучал по своим детям.

Тим принес ужин. Лососина была подана под очень вкусным острым соусом, но я все еще не могла успокоиться и насладиться ею в полной мере. Я принужденно улыбнулась.

— Извини. Боюсь, что я реагирую слишком бурно, когда слышу, что женщина без детей — существо неполноценное.

— Пожалуйста, не вымещай свою злобу на мне. Если я пытался защитить тебя, удержать от погони за гангстерами, это отнюдь не означает, что я считаю, будто ты должна сидеть дома, занимаясь лишь приготовлением пищи и стиркой белья.

Я поела лососины, думая о Дике и нашей короткой неудачной семейной жизни. Ральф внимательно смотрел на меня, и на его подвижном лице можно было прочесть сочувствие и некоторое беспокойство.

— Мой брак распался из-за моей любви к независимости. К тому же, как ты успел заметить накануне, я не люблю заниматься домашними делами. Но главная проблема — моя любовь к независимости. Вероятно, это можно назвать желанием твердо стоять на земле обеими ногами. Но мне трудно... — Я улыбнулась. — ...Мне трудно говорить об этом. — Я сглотнула и несколько минут сосредоточенно занималась едой. Затем, прикусив нижнюю губу, я продолжила: — У меня есть несколько близких подруг, которые не посягают на мою независимость. Но когда я имею дело с мужчинами, мне всегда, или почти всегда, приходится отстаивать право быть самой собой.