Книга Спаси меня, если сможешь, страница 21 – Сара Ривенс

– Но нафига ты носишь линзы?

У меня чуть не лопнули барабанные перепонки от его вопля.

— У тебя нереальные глаза, Айрис, – уже тише заговорил он. – Да блин, куча народу обзавидовалась бы!

Неправда. Они мерзкие, и он это знает.

— А я завидую тем, у кого нормальные глаза, – пожала плечами я.

— Чем тебе свои не нравятся?

— Расскажу, когда ты набухаешься, а я обкурюсь.

Он захохотал и выпрямился. Я сжала кулаки, стараясь унять дрожь. Теперь Коди знает о моей главной слабости, и от этого тревога накрыла с новой силой. Скорее всего, он просто врет. Просто не хотел меня обидеть, а на самом деле не считает мои глаза красивыми.

Но вдруг…

Ничего не вдруг, не будь дурой.

— Мне звонила стервоза, то бишь мать, – внезапно признался Коди. – Но как твой отец не берет трубку, так и я не взял. Не стал совершать ошибку.

— Ты знаешь, чего она хотела?

— Да насрать мне на ее хотелки. Надеюсь, это было что-то из разряда «вопрос жизни и смерти» и этот звонок был ее последним шансом выжить.

Я покачала головой. Мать бросила их с братом, когда у отца обнаружили рак кишечника. Коди пришлось тащить все на себе. Финн был старше на три года, но тогда был еще ребенком, совершенно не готовым брать на себя такую ответственность. В отличие от Коди. Их мать устроила новую жизнь, обзавелась новым мужем и новыми детьми, которых любила. Почти как мои родители.

Несколько лет Коди с Финном проводили больше времени в больнице, чем дома. А когда Коди исполнилось девятнадцать, болезнь унесла отца. Они с братом продали большой семейный дом, чтобы купить две маленькие квартиры и погасить долги за лечение. Финн сначала был против, но решать было не ему. Он всегда был куда менее самостоятельным, чем брат… И ждал, что мать вернется – как я ждала отца.

— Ты уже засыпаешь, Саймонс.

Коди погасил свет, задернул шторы, и комната погрузилась в темноту. Я почувствовала, как он ложится рядом со мной на диван-кровать и с облегчением выдыхает. Я тихо рассмеялась.

— Можно вопрос?

— М-м?

— Почему ты так уверена, что к тебе кто-то заходил?

— Коди, я себя знаю. Я растяпа. Я бы швырнула мобильник куда попало, как дикарка, но никогда – слышишь, никогда – не положила бы его аккуратно на тумбочку и не намотала бы наушники. А еще… я проснулась ночью и… почувствовала, что в доме кто-то есть.

— Серьезно?

— Да, хотя… не знаю. Мне всегда так кажется, когда я одна в темноте. Слушай, даже если там и правда кто-то был, я бы ни за что не пошла проверять, боже упаси. Жизнь – это не фильм ужасов, я притворялась бы трупом до утра. Собственно, я так и сделала. Я ведь даже не умею защищаться!

Коди фыркнул. Ну да, такая я трусиха.

— Да ты на меня посмотри, – добавила я. – Пятьдесят пять кило со всеми потрохами, если возьму нож, то обязательно порежусь, а когда мне страшно, я плачу. Он к тому же дебил, раз выбрал самую убогую нищебродку в районе.

— А с чего ты взяла, что это был вор? – спросил Коди, заливаясь смехом.

— Я на это надеюсь, вообще-то. Потому что если он пришел за мной, это уже называется похищение.

Прикалывайся, это полезно, прячь свой страх за шуточками.

— Ты была права. Рокс сегодня даже не пыталась тебе позвонить.

— Она даже не проверила наш секретный код, охренеть можно!

— Я так и не въехал, в чем там смысл, – поморщился Коди.